Во спасение жизни.

На что можно пойти во спасение жизни? Нет не той жизни, в которой сквозит метафизика, теоретические размышления о пустоте и полноте стакана, оторванные от жизни, а той настоящей жизни, в коей сосредоточено духовное, исцеляющее начало, преображающее вселенную и позволяющее радоваться и улыбаться всему живому и растущему, позволяющей находить в себе связь с настоящей родиной человека, укрытой соблазнами и нелепыми играми этой планеты, жадно претендующей на единственное носительство жизни. Носительство, которое было утрачено под тягостью душ, жаждущих игр и посредством которых души возвращаются в желтые палаты, отчего дома, где их ждет забвение.

Здесь речь идет о той жизни, которую не хочется трогать руками, которая не нуждается в присвоении себя мудрым автором и лицензированием ее. Речь идет о жизни, которой нужно всего лишь позволить расправить свои крылья, и дальше заворожено смотреть на нее в отстраненности и любоваться преображению мира. Может теперь все этого и не увидеть? Но факты нужно принимать, хотя «люди будущего» предпочитают их расщепить в розовом взгляде.

Разве нельзя для того, чтобы сохранить настоящую жизнь, сжигать себя каждый раз, уничтожая в себе желание, кинуться в омут головой современной ложной жизни, в которой есть только игра, обман природы, желание создать из себя хозяина жизни, создать иллюзорный мир, в котором трусливому человеку не так скучно и не так одиноко? Где ему не так одиноко от самого себя, могущего жить вне игр, спокойно созерцающего жизнь, либо же ее защищающего.

В искусстве внутреннего самосожжения и внутреннего самоубийства, не позволяющего быть активным участником игры и позволяющего сохранить естественный пульс жизни, он достиг большого прогресса.

Но вы никогда не путайте, внутренне самоубийство с внешним. Хотя люди зачастую так и делают и вместо того, чтобы уничтожить в себе, истрепавшую себя часть личности, которая подобна гнилому дереву, которое нужно срубить, они убивают себя физически, не дав тем самым возможности к преобразованию себя. Не дав появиться новому дереву, люди очень часто убивают его еще в зародыше, который так отчаянно старается выжить в борьбе с природными стихиями. Очевидно, что в этом случае тоже происходит убийство жизни. Жизни, которая могла – бы только расправить свои легкие крылья.

Понятное дело, что окружающие в выключенности из игры видят, как правило черствость. Но, я уверяю вас это не так. Просто, некоторым людям непонятно, какой смысл кормить собою игру. Зачем разбазаривать жизнь на игру, на попытку ее преобразовать, если игра не хочет преобразования, а хочет вечности себя? Для игры стагнация, означает постоянство и вечность. Вечность, отделяющая человека от себя самого.

Разве не достаточно вспомнить опыт Базарова, пытавшегося преобразовать безжизненную игру? Что смог он сделать в этом мире игр, кинувшись в него? Он верил, что миру нужна любовь, что миру нужно развитие, развитие человека самостоятельного, имеющего возможность рассаживать новые ростки живого. Но разве произошло, что он планировал? Люди, игравшие в жизнь, и боявшиеся сдернуть ее завесу, поглотили его созидательность, выжили на почве ее, одели новые безликие маски, а его затоптали в землю, увековечив ему, как носителю жизни свою благодарность. А сами они, находясь на поверхности Земли, продолжили жить в безжизненном пространстве игр. Неужели такой вариант событий кажется справедливым? Справедливым по отношению к жизни?

Восстановить справедливость теперь, конечно, кажется делом не очень возможным, ибо ее даже невозможно доказать. Но разве останавливало это самых отважных и отчаянных героев, освобождавших жизнь из – под оков игры, за пеленой которой обезумевшая часть человечества прячется от своего ужасного лика? Победа такого героя в современности в битве за жизнь видится маловероятной. Но и этот факт никогда не останавливал его в борьбе за жизнь, которая исчерпав себя, сменяется смертью, чтобы обрести недостающую энергию и заново возродится ранней весной.

И если теперь все же не суждено вернуть жизнь, естество в этот мир то почему – бы, по крайней мере, не попытаться освободить жизнь от оков погрузившегося в небытие мира? Можно, например прах вечной любви, непринятой этим миром, живущим всего одну жизнь отдать ветру, и быть может тогда, он, разбросав ее остатки по просторам вселенной, найдет для нее новое пристанище, где она будет счастлива. Или можно попытаться отдать свою созидательность деревьям, рекам, которые еще продолжают жить даже здесь. Пусть реки, напившиеся созидательной силой помогут родиться новым травам, цветам, волкам, живущих вне закона этого мира.

Если зло нельзя победить, то может тогда можно хотя – бы освободить от него жизнь, для того, что энергия жизни проявила себя в других уголках вселенной?