16 июня 1833 года в городе Николаеве в день своего 36-летия в страшных мучениях скончался капитан 1 ранга флигель-адъютант Александр Иванович Казарский.
За четыре года до этого бриг "Меркурий" под его командованием сумел с боем уйти от двух турецких линейный кораблей. В этом бою экипаж во главе с капитаном решил защищать свой корабль до последней возможности. А если таковой уже не будет, то последний, оставшийся в живых офицер, должен был разрядить пистолет, заранее положенный у входа в крюйт-камеру, где хранились пороховые заряды для пушек, в один их них.
После этого боя на Казарского обратил внимание Николая I, и храброму моряку было присвоено специальное звание флигель-адъютанта, в соответствии с которым он подчинялся только лично императору.
В Николаев, где располагались службы тылового обеспечения Черноморского флота, флигель-адъютант Казарский прибыл в качестве ревизора. Там он узнал, что скончавшийся в городе родственник, оставил ему в наследство 70 тыс. рублей. Но эти деньги якобы оказались похищены при непосредственном участии николаевский полицмейстера Григория Автономова. Казарский публично обещал привлечь его к ответственности за кражу. Но сделать этого не успел, потому что во время одного из визитов, дочь хозяина дома поднесла флигель-адъютанту чашку с отравленным кофе. После приезда в Николаев и конфликта с полицмейстером, Казарский понимал, что может стать жертвой отравления, организованного как нечистыми на руку интендантами, так и полицмейстером, поэтому избегал приема пищи в гостях. Но отказаться от чашки кофе, поднесенного дочерью хозяина дома, он не мог, так как что это считалось бы оскорблением. И он выпил этот кофе, после чего почувствовал резкую боль в желудке. Вызванный доктор не смог облегчить его мучения, и через двое суток капитан 1 ранга и флигель-адъютант Александр Иванович Казарский скончался.
Расследованием обстоятельств его гибели сначала занимались местные власти, но, поскольку виновные в отравлении установлены не были, по личному указанию императора Николая I делом занялись офицеры жандармского корпуса. Самое интересное в этой истории то, что, несмотря на указание императора, даже жандармам не удалось привлечь к ответственности отравителей. Шеф корпуса жандармов граф Александр Христофорович Бенкендорф докладывал царю, что убийство было организовано полицмейстером Автономовым, который являлся близким родственником генерал-адъютанта, вице-адмирала Михаила Петровича Лазарева. Лазарев в это время командовал Черноморского флота и был, что называется, "на своем месте". Под его руководством была введена новая система обучения моряков, флот получил первые пароходы и многое другое. Привлечение его родственников к ответственности за убийство Казарского могло сделать пребывание Лазарева на посту командующего Черноморским флотом невозможным. Поэтому Николай I оказался перед выбором - либо торжество правосудия, либо интересы обороноспособности. И император поступил так, как руководители государств поступали во все времена - выбрал второе.
Видимо, Лазарев знал, или догадывался об том, кто является убийцами гибели Казарского, и почему они ушли от ответственности . Поэтому именно Лазарев выступил с инициативой о сборе средств на памятник капитану Казарскому, который одно время был его подчиненным. Тем самым адмирал как бы просил у капитана прощения за преступление своих близких и совершенную в отношении него несправедливость со стороны императора. Хотя личной вины адмирала во всем этом, конечно, никакой не было.
