Широкие дубовые ступеньки громко стонали и тихо пошатывались. Первая, вторая, третья, четвёртая. Лука поднялся, держа в руках огромный таз с девятью большими куриными яйцами. Поставить его было нема куда, разве что на грязный пол. Он внимательно осмотрел массивную, крепко сбитую дверь. Внизу выдолблена заметная щель, в которую шмыгали коты и крысы. Вот оно! То, что нужно. Лука осторожно прижал грудью таз к двери. Поддерживая его правой рукой, левой стал открывать дверь и медленно пятиться назад. Наконец, дверь распахнулась, Лука подсунул сапог в кошачий лаз. Но при этом оказался с другой стороны двери.
- Кирюха! – рявкнул Лука на весь дом.
Мимо прожужжала муха. Из за двери выставил морду Синий Туман. Оглядевшись, он неспешно подошёл к Луке, понюхал сапог. Приятно пахло курятником. В предвкушении обеда, Синий Туман сел рядом с Лукой, стал облизываться и умываться.
- Кирюха, бля! Где ты, вошь пьяная? Я тута еле стою…
Из дома выбежала белая глупая Манька с серыми ушами. Учуяв курятину, кошка стала тереться о сапог и подмурлыкивать. Лука убрал ногу, дверь захлопнулась. Он начинал сердиться. Попыхтев, решил зайти с другой стороны. Ставить таз на пол теперь было поздно. Коты сразу накинутся на яйца и всех пожрут. Лука осторожно прижал таз к косяку слева от двери, возле худых перил. Теперь он левой рукой поддерживал таз, а правой открыл дверь, остановив её сапогом. Перехватил таз за края двумя руками и уже намерен был шагнуть в дом, как вдруг услышал рядом с лицом хищное урчание. Синему Туману надоело ждать, он поднялся по перилам, и нацеливался прыгнуть прямо в таз. Лука опять прижал таз к косяку, смахнул кота с перил. Снова взял таз двумя руками. Но тут глупой Маньке тоже надоело ждать. Она выбрала самый короткий обеденный путь и полезла прямо по Луке.
- А! Сука! Сгинь! Сгинь! Вошь пьяная!..
Лука перехватил таз снизу левой рукой, а правой стал безуспешно ловить кошку у себя за спиной. Манька металась по спине, уворачиваясь от его ладони-кувалды. Синий Туман снова взобрался на перила. Ситуация становилась несносной. Лука взял первое попавшееся яйцо и кинул за спину. Кошек как ветром сдуло. Он спокойно открыл дверь и вошёл. В коридоре было накурено. На кухне спокойно сидел Кирюша, потягивавший папиросную дрянь.
Лука вытаращил глаза:
- Ты это, что это, не слышал ничего?
- В преодолении трудностей – вся наша сила! – философски сощурил глаза Кирюша.
- Ты, эта, тут совсем *****лся? Я этим иродам яйцо кинул, шоб войти! Восемь осталось. А ты, эта, тут сидишь, задницу оторвать не хочешь?
- Грубость – не наша фишка! – иронично продолжал нести чушь Кирюша.
Лука поставил таз на стол и почесал бороду.
- Даааа. Дал мне Господь в друзья мозго*ба!
- Не шелестите, юноша! – Кирюша встал, подошёл, наклонился над тазом. Внимательно осмотрел добычу. – Как думаешь, петушня сёдня будет?
- Будет, коли в зад не всудят! – обидчиво ответил Лука
Кирюша достал из ящика большое овальное блюдо. Вытер рваной тряпкой, дунул и поставил на стол рядом с тазом. Лука вытащил из сапога раскладной ножик. В кухню вернулись кошки с вертикально поднятыми хвостами. Они явно рассчитывали на продолжение трапезы.
- Щас будэ шоу. Як у Бернарда Шоу! – Лука осторожно взял первое яйцо, покрутил, повертел и хрястнул ножичком по скорлупе. Из яйца пискнуло.
- Живчик! – догадался Кирюша.
Лука слегка подтолкнул яйцо. Оно шмякнулось о край стола, упало на пол, раскололось. Из скорлупы выпрыгнул рыжий цыплёнок. Коты сожрали его за пять секунд. Второе яйцо, рябое, взял Кирюша. Приложил к губам, послушал. И с размаху разбил себе о лоб. Желток и белок медленно стекали по лбу и волосам.
- Наше! – выкрикнул Лука и успел подставить пустую миску.
Третье яйцо было белым. И тоже без цыплёнка.
- Наше! – радостно воскликнул Кирюша.
Коты заволновались. Но следующие два яйца были с цыплятами. Слушая хруст костей под столом, Кирюша философствовал.
- Вот ты можешь по хрусту отличить, что жрут коты, можешь?
- И вальсы Шуберта и хруст французской булкииии… – неожиданно запел Лука
- Ээх, а я могу. Вот ты меня послушай. Если хруст тонкий такой, резкий и слабенький – это кошки жрут цыплят.
- А если глухой и медленный, значит цыплята жрут котов! Ха-ха-ха!
Оба весело заржали. Лука достал серое яйцо с прилипшим пером. Замахнулся было ножичком, как вдруг скорлупу разорвало изнутри.
- Ай! – вскрикнул Лука и одёрнул руку.
Но было поздно. Из яйца выскочил петушок, первым своим движением в жизни разбив яйцо, вторым клюнул в нечто незнакомо мягкое. Пока Лука одёргивал руку, петушок прыгнул на край стола и заозирался. Кошки не на шутку вструхнули. Синий Туман вжал голову в плечи и присел. Манька попятилась вон из кухни. Это было ошибкой. Заметив ускользающее движение внизу, петушок рванул со стола и вонзился когтями в пушистую белую спину кошки, стал клевать ей голову с пулемётной скоростью. Поднялся кошачий вой. Кирюха кинул ложкой в петушка и задел гребешок. Петушок резко обернулся, хлопнул крыльями по глазам ошалевшей кошки и прыгнул в сторону Кирюши. Опомнившийся Лука сбил петуха мощным ударом кулака. Удар отбросил птицу на пол. И тут неожиданно включился Синий Туман. Он прыгнул на петушка и постарался вцепиться ему в горло. Но петушок извернулся, оглушил кота крыльями, оттолкнул лапами, и пока кот кувыркался, несколько раз клюнул его в морду и шею. Оттолкнувшись от кота, снова резко взмыл на Кирюшу. Тот еле успел прикрыть лицо. Удары петушка обрушились на руки. Кирюша вжал голову в плечи и застонал. Лука спешно снял со стены сковородку, размахнулся и врезал... Дзинь! Петушок закатил глаза, пошатался пару секунд. Дзинь! Падая, петушок заорал что есть мочи - Кекккереккккееее! У Луки заложило уши. Ничего не слыша, он накинул на петушка сетку, скрутил, достал из под стола рюкзак, быстро выпотрошил, и засунул петушка вниз головой. Закрыл рюкзак на все лямки и замки. Бросил в сундук, повесил замок. Повернул ключ. Сел сверху.
Через пять минут в доме успокоилось. Два нетронутых яйца снесли в ледник. Кирюша смывал кровь с рук и лица. Синий Туман зализав раны себе, пошёл помогать Маньке. Лука убирал со стола. Под потолком жужжала муха.
- Как ты думаешь, Манька выживет?
- Единозначно! Она живуча, ако псина!
- Нам надо было зара…
В дверь глухо ударили. Потом ещё раз.
- Это кого это? – забеспокоился Лука – Среди бела дня!
- Незванный гость… получит в горло кость! А ты дверь затворил?
Лука взял под мойкой топор, тихо ступая, пошёл по коридору. Кирюша прихватил сковородку. До входной двери оставалось метра три, когда от чудовищной силы удара дверь вместе с коробкой влетела в дом. С улицы в проём сунулась голова огромного петуха размером с лошадь. Его страшный клюв, похожий на кирку, был чуть приоткрыт. Гребешок и глаза медленно наливались кровью. Лука в ужасе обронил топор. Кирюша медленно сползал вдоль стены…