Иннокентий широко шагал по весенним лужам на работу. Глупое имя, смешное – Иннокентий, Кеша. О чем только родители думали, когда его так назвали? Известно о чем – о Гамлете. Не Шекспировском Гамлете, хотя, конечно, у Шекспира его не отнять, о Гамлете Смоктуновского. Иннокентий собрался родиться в очень неподходящий момент – когда родители с восторгом наблюдали игру Иннокентия Смоктуновского, в постановке Григория Козинцева. Нет бы ему подождать часок, дать им спокойно досмотреть фильм, тогда уж и затевать свой выход в свет, глядишь, дали бы ему простое имя Сережа или Вова. Но судьба как-то сразу не благорасполагала к нему. Он даже хотел сменить это имя. Уже много лет хотел. Но оно как-то прилипло, приклеилось, и каждый раз не находилось времени, удобного момента, желания. Так и жил Кешей, Иннокентием. В школе мальчишки дразнили попугаем Кешей из одноименного мультфильма. Выкрикивали смешные фразы из него при всяком удобном или совсем неподходящем случае. Позднее, когда, наконец, школа закончилась, и глупые одноклассники отпустили бедного попугая на свободу, появились бестолковые взрослые, тугие на оба уха, любившие переспрашивать: «Как, как?», - когда он представлялся Иннокентием. «Как-то вот так,» - вздыхал Кеша, повторяя свое имя.
В каком-то смысле, имя было удобное. Им можно было оправдать все на свете. Например, в школе, когда не выучил урок, а тебя вызвали к доске отвечать. Из-за имени, конечно. Сашу или Диму бы не вызвали, вон их сколько, а Иннокентий один. Или в институте, на экзамене, профессор начинал заваливать его вопросами, разобрав в зачетке длинное имя. Вот что можно было бы спрашивать у Игоря? Правильно, нечего, а имя Иннокентий обязывало знать все ответы. А девушки? Не везло ему с девушками. Ну какая нормальная девушка станет встречаться с Кешей? С красавцем Николаем атлетического телосложения из другого отдела хотели все. А тихого, рыхловатого Иннокентия не замечали. Имя им его не нравилось, а то что же?
Так вот шел Иннокентий, жмурясь от весеннего солнца, неловко размахивая руками в такт шагам, и привычно думал о своей незавидной доле, навязанной ему смешным именем. Шел, задрав голову к голубому небу, ветвям деревьев, разглядывал молодые, свежие, изумрудные листочки, только что появившиеся из лопнувших почек и не успевшие еще развернуться. Шел, оглушенный веселым птичьим гомоном, шумом расходящихся под колесами машин луж. Шел, пока не налетел на что-то пискнувшее. Это была невысокая, чуть полненькая симпатичная девушка. «Ой, извините, пожалуйста!» - хором выкрикнули они друг другу. И рассмеялись. «Это я виноват,» - сказал Иннокентий, - «не смотрел на дорогу.» Девушка застенчиво и приветливо улыбалась. «Как вас зовут?» - вдруг обнаглел Кеша. «Стеша,» - ответила девушка, заливаясь краской. «Как, как?» - не поверил услышанному он. «Стеша, мое полное имя Степанида, а сокращенно – Стеша,» - пошла белыми пятнами по красным щекам девушка. «А вас как зовут?» - переключила внимание она на него. «Иннокентий, Кеша,» - его уши по привычке стали пунцовыми, отяжелели и оттопырились как у слона.
Они оба сразу поняли, что это была судьба. Через год у них родился мальчик, они назвали его Ваней, а еще через год появилась девочка Настя.