Есть у меня дружок из культурной столицы. Как всякий северянин, Вова – человек суровый, но утонченный, не лишенный, так сказать, чувства прекрасного. То есть крепко пьющий.
Несколько лет назад он переехал в Москву и поселился в баснописном алтуфьево. Этот ареал вызывал приступы когнитивного диссонанса в сознании уроженца Северной Пальмиры. Вова даже хотел написать книгу (или напечатать футболки?) «Страх и ненависть в Алтуфьево», но не успел. Так как судьба, хоть и порядочная стерва, но все же временами баба чуткая, подкинула Вове неплохой подарок в виде дисконтированной съемной квартиры на Старом Арбате сразу за музеем Пушкина. В старинном доме 18 или 19 столетия, часть окон которого выходит в небольшой дворик, где наше-все портил непутевых крепостных девок, а часть - прямо на МИД. Сама квартира - что твой музей! По легенде, там поэт Блок под кухонные разговоры с писателем Белым пил православную. Я тоже пил на той кухне водку, и даже, находясь под воздействием паров, хотел вскрыть черный ход, который был заставлен холодильником, и потревожить тени великих. Да как-то увлеклись мы с Вовой, знаете ли, чтением стихов и позабыли про призраков. Кажется, мы еще пели «unbreak my heart» и пару раз бегали за пивом. Но не суть.
Прошло некоторое время и в какой-то день вдруг раздается звонок от Вовы. «Можно – спрашивает – я у тебя переночую? А то меня серьезные проблемы с коренными жителями квартиры»… «Да не вопрос – отвечаю. – Приезжай», - а сам о Блоке с Белым думаю: зря мы, наверное, тогда басурманщину пели всякую. Надо было что-нибудь более лояльное, посконное, окололитературное – романсы там, про соловья, на худой конец. «Только я не пью – успел я ввернуть прежде, чем Вова отправился ко мне. – У меня завтра важное собеседование».
Как выяснилось, выжили моего приятеля из квартиры вовсе не призраки (с ними он нашел более менее общий литературный язык), а крысы… Сначала эти твари оккупировали кухню, заставив его питаться исключительно в «уютной мумушечке». Но когда они переместились в комнату, Вова не выдержал и позвонил мне. Естественно, за ночь мы уговорили с ним полтора литра рома, и он поведал мне кучу интересных историй из жизни грызунов. Например, о том, что в Москве до сих пор есть профессия крысолова, который звуками дудочки выманивает крыс вместе с младенцами из подъездов и топит их в Москве-реке. Так-то! А вы говорите, нанотехнологии, Маск, компьютерный век!
Послесловие. А на собеседование я, кстати, таки съездил. Надел костюм, закапал в глаза визин, съел пачку иностранной жвачки... Вова очень скептически на меня смотрел, пока мы ехали в лифте, а потом сказал:
«Кого ты пытаешься обмануть»?
«В смысле»? – не понял я.
«Ну посмотри на себя: ты же натуральный алкоголик и придурок. Зачем ты костюм напялил»?
Я, естественно, обиделся и парировал, мол, ты так говоришь, потому что всю ночь алкоголь жрал со мной. А если этого не знать, то я обычно внушаю людям доверие, особенно мамашам девиц на выданье…
Собеседование длилось рекордно короткие сроки: минут пять. Меня спросили, имел ли я когда-нибудь какое-либо отношение к джетам и яхтам (это было лакшери-издание). Не задумываясь, я ответил: самое непосредственное! У меня мечта раньше была – уехать на черное море и бить там креветку. С яхты». «Мы вам перезвоним» - пытаясь увернуться от моего драконьего дыханья, произнесла барышня с порочным чувственным ртом...
Хрен там!
