Пудра не порох, букли не пушки, коса не тесак, а я не немец, а природный русак.
А.В. Суворов
После того, как меня в личке два разных человека спросило, зачем же все-таки были нужны парики солдатам XVIII века, я понял, что статьи про это уж никак избежать не удастся...))
Минутка истории
Изначально мода на парики была сугубо гражданской. Пришла она из Франции в XVII веке. Парики те были огромные, с "ушами", как у спаниэля, и требовали за собой сложного и хлопотного ухода. Кстати, парикмахер - мастер по работе с париками - изначально в большей степени занимался именно ими, нежели натуральными волосами, растущими на голове )
В армии многих европейских стран, как минимум Франции, Пруссии, Великобритании и России, парики пришли в сильно "урезанном" виде. Буклей осталось всего ничего - две или четыре завитушки над ушами.
Солдаты эти парики ненавидели. Уход за ними был довольно сложным, крахмалить надо было часто, а за грязный или ненакрахмаленный парик унтера драли нещадно и отнюдь не словесно. Но тем не менее парики все-таки держались в армии почти целый век! Почему же?
На то есть минимум две сугубо причины.
Первая причина
Она весьма неприглядна, но из песни, увы, слов не выкинешь. Вши. Мелкие такие кусачие насекомые, которые обожают жить в человеческих волосах, вволю попивая кровушку.
Специальных химических средств от вшей в то время не было. Даже и шампуней с бальзамами-ополаскивателями еще не придумали. Единственным способом борьбы было лишение вшей ареала обитания. Солдат брили наголо и заставляли носить парик, который раз в несколько дней снимали и тщательно кипятили - проводили, так сказать, санитарную обработку.
После этого парик обязательно крахмалился.
P. S. Для тех, кто не служил в линейной пехоте, например для моряков, и первой причины было достаточно.
Вторая причина
Сугубо военная. Парик носился не сам по себе, а в сочетании со шляпой-треуголкой или, в случае с гренадерами, с их фирменной высокой шапкой. Так вот, подобная конструкция, особенно если парик накрахмален до нужной степени жесткости, способна закрыть голову от удара сабли, а то и палаша. Не от всякого удара, главным образом от скользящего, но учтите: конник рубит пехотинца, проносясь около него на большой скорости. Удар кавалериста очень часто оказывался "смазанным", скользящим, не особенно и глубоким. Да, пехотинец будет оглушен, контужен - но разрубить жесткие волосы в несколько слоев не так-то просто. Есть шанс сохранить голову.
На тренировке рубить саблей арбузы и тыквы - это одно, разрубать головы в в бою, когда пехота тычет в тебя штыками и эспантонами, стреляет, а то и норовит сбиться в каре - это совсем иное. Времени выбирать момент и тщательно просчитывать траекторию удара у кавалериста нет, он озабочен тем, чтобы собственный бок под штык не подставить.
Поэтому, кстати, к началу XIX века даже в коннице рубящий удар начали заменять уколом. А треуголки с париками сменили высокие, жесткие кивера. Потому и высокие, потому и жесткие - чтобы между куполом кивера и макушкой изрядно пространства оставалось.