Каждый год ранним утром 22 июня у брестчан принято приходить в крепость на митинг-реквием, посвящённый памяти её героических защитников. Последние несколько лет в рамках траурных мероприятий проводятся реконструкции событий лета 1941 года. В этом году перед тысячами жителей и гостей города военную драму разыграли 400 реконструкторов из Беларуси, России, Болгарии и Эстонии.
В 1941 году крепость времён Николая I, совершенно утратившую оборонное значение, использовали для расквартирования частей, расположения конюшен и складов с боеприпасами и провизией.
Здесь располагались восемь стрелковых и один разведывательный батальон, инженерный полк, конвойные войска НКВД, несколько штабов, пограничники.
Всего в крепости находилось 9 тысяч военнослужащих. Но это не считая членов более 300 семей военнослужащих, постоянно проживавших в крепости.
А ещё накануне войны здесь располагался военный госпиталь, медико-санитарный батальон и армейская санэпидемлаборатория.
А вокруг Бреста шли масштабные перемещения войск. После раздела Польши в 1939 году к государственной границе выдвинулась 4-я армия, включавшая в себя два корпуса (стрелковый и механизированный), две стрелковых дивизии и ряд отдельных частей, в том числе смешанную авиадивизию с 248 боевыми самолётами в придачу.
182 км границы с Германией в районе Бреста было поручено стеречь 17-му Краснознамённому пограничному отряду.
На противоположном берегу Западного Буга сконцентрировалась для удара 4-я армия группы «Центр» под командованием фон Клюге и приданая её в оперативное подчинение 2-я танковая армия Гейнца Гудериана.
Первый сюжет реконструкции - о польском мельнике Иосифе Бодзинском, который, узнав о готовящемся нападении, бросился в реку, а, когда немецкие пограничники заметили его и открыли огонь, притворился убитым и добрался до советского берега. В 22 часа 21 июня его привели на 2-ю погранзаставу:
…Одежда гостя была мокрой насквозь. Из рукавов рубахи на пол капала вода. Вздрагивая, он стучал зубами. Мешая русские и польские слова, со слезами на глазах человек повторял одно: «Они уже наводят переправу. У шоссе, где был паром. Другую - у большого камня. Я старый солдат русской армии, воевал за Россию ещё в 1914 году… Хочу помочь. Их офицеры открыто говорят: нападут на вас утром, в четыре часа».
Понятно, что поднимать войска по тревоге никто не стал, ведь если бы немцы не атаковали, пограничникам пришлось бы несладко в застенках НКВД. Из Москвы же пришёл ответ: «Ждите указаний». Советские часовые по-дружески обсудили с немецким патрулём происшествие с мельником-перебежчиком.
Но на всякий случай застава подготовилась к бою. И не ошиблась: в 4:15 начался артиллерийский обстрел крепости, Южного и Северного военных городков.
Брать крепость назначили 45-ю пехотную дивизию Вермахта. В её первом эшелоне наступали штурмовые группы двух пехотных полков, они должны были окружить и блокировать крепость, уничтожить советские части внутри её, захватить Брест, железнодорожные и пешеходные мосты через Буг и Мухавец.
Сначала фашисты ворвались на Тереспольское укрепление, расположенное у самой линии границы. Здесь накануне войны располагались окружные курсы шофёров, транспортная рота, сапёрный взвод, сборы кавалеристов и физкультурников, ветеринарный лазарет, курсы кузнецов, пограничные наряды, проживали семьи начсостава – всего около 300 человек.
В первые часы войны одна штурмовая группа немцев ворвалась через Тереспольские ворота в Цитадель, другой удалось продвинуться на Кобринское укрепление.
Внезапно с тыла по штурмовой группе открыли огонь из казематов, началась первая контратака защитников. По приказу полкового комиссара Ефима Фомина поднялись бойцы 84-го стрелкового полка, командовал ими старшина Самвел Матевосян. Его отделение уничтожило отряд немецких автоматчиков, прорвавшихся к центру крепости.
В результате штурмовая группа противника была разбита, понеся тяжелые потери. Её остатки были блокированы здании бывшей церкви и столовой начсостава.
На третий день войны Матевосян получил ранение осколком снаряда в бедро, и он был перенесён в подвал вместе с остальными ранеными, где и был захвачен в плен 5 июля 1941 года
Начиная с 23 июня, гитлеровцы прибегли к тактике изнурения. Блокировав крепость, они держали под обстрелом все подходы к воде. Попытки набрать воду для детей и раненых были оплачены многими жизнями.
Утром 26 июня группа прорыва под командованием лейтенанта Виноградова численностью 120 человек пробилась из Цитадели на Кобринское укрепление, а затем с большими потерями вышла из крепости. Вечером на северо-восточной окраине Бреста уцелевшие натолкнулись на фашистские танки и оказались в плену.
Прямо у Тереспольских ворот в своей казарме организовали оборону пограничники 9-й заставы под командованием лейтенанта Андрея Кижеватова, который прорвался в крепость 23 июня, уже будучи раненым.
Кижеватов организовал оборону казарм 333-го стрелкового полка и Тереспольских ворот. Спустя неделю тяжелейших боёв, во время которых немцы применяли огнемёты, было принято решение оставить обороняемые здания. 17 раненых бойцов во главе с уже тяжелораненым лейтенантом остались для прикрытия в крепости. Они погибли 29 июня 1941 года.
Самая ожесточённая и длительная осада развернулась на Кобринском укреплении. Здесь сложилось пять самостоятельных участков обороны: казармы 125-го стрелкового полка, район жилых домов комсостава, Восточные валы, Северные ворота и Восточный форт.
В казематах Восточных валов перед войной располагались подразделения 98-го отдельного противотанкового артиллерийского дивизиона. Им удалось закатить на вал малокалиберную противотанковую пушку и открыть огонь по танкам Гудериана, в обход крепости втекавшим на улицы Бреста.
В течение 22 июня на Кобринском укреплении сопротивление было настолько сильным, что к вечеру гитлеровцы были вынуждены оставить занятые позиции и отвести остатки штурмовых групп.
Защитники даже захватывали пленных. Один из них вернулся к своим с плакатом на шее, на котором был изображён Гитлер со свиным рылом вместо носа.
Но уже 23 июня противник захватил Северные ворота, и защитники вынуждены были отойти в Восточный форт. Группой из 400 бойцов и командиров разных подразделений командовал майор П. М. Гаврилов, командир 44-го стрелкового полка. Также в форту оказались женщины и дети, выжившие при бомбардировке домов комсостава.
Личный состав защитников форта был разбит на роты, за каждой из рот закрепили участок обороны и сектор обстрела.
27 июня немцы применили против защитников форта трофейные танки, которые подходили почти вплотную и вели огонь по бойницам и окнам. 29 июня пятерка «юнкерсов» подвергла форт прицельной бомбардировке 500-кг бомбами.
Осознав, что дальнейшее сопротивление не принесёт освобождения, что наши войска не придут на помощь, 389 защитников Восточного форта, женщины, дети и раненые сдались в плен. Дальнейшая судьба попавших в немецкий плен была незавидной.
Командир обороны Цитадели Ефим Фомин был расстрелян гитлеровцами 30 июня, сразу после пленения.
Другой командир, Иван Зубачёв, умер в 1944 году в лагере Хаммельбург.
Осенью 1942 года неподалёку от Бреста была расстреляна вся семья Андрея Кижеватова: его мать, жена и дети — 15-летняя Нюра, 11-летний Ваня и двухлетняя Галя.
После падения Восточного форта и гибели штаба обороны Цитадели 45-я пехотная дивизия доложила о взятии крепости, но бои продолжались ещё долго. Лишь 23 июля попал в плен майор Гаврилов. Об подвиге защитников свидетельствуют многочисленные надписи на стенах казематов, обнаруженные после войны:
«1941 год. 26 июня. Нас было трое, нам было трудно, но мы не пали духом и умираем как герои» - в казарме у Тереспольских ворот.
«Я умираю, но не сдаюсь! Прощай Родина. 20/VII-41» - в северо-западной части оборонительной казармы.
«Умираем не срамя» - в подвале Белого дворца.
«Умрём, но из крепости не уйдём» - в казарме 455-го стрелкового полка у Трёхарочных ворот.
Последние значительные участки сопротивления были уничтожены лишь в конце августа, перед посещением крепости Гитлером и Муссолини. Известно, что после окончания войны в кабинете Гитлера был обнаружен камень, который он подобрал в развалинах моста в Брестской крепости.
Однако, по всей видимости, последний защитник крепости сдался лишь 12 апреля 1942 года. Свидетельство об этом есть в книге Сергея Сергеевича Смирнова «Брестская крепость», на этом построен роман Бориса Васильева «В списках не значился». При выходе из обороняемого каземата этот боец произнёс:
«Я вышел, чтобы увидеть то, во что я крепко верил и верю сейчас – в ваше бессилие…»
Всего за время обороны погибло больше 2000 красноармейцев (многие под бомбёжками), немецкие и австрийские части потеряли 428 человек. 40-минутная реконструкция в Брестской крепости 22 июня 2014 года завершилась минутой молчания в память о героях.