Фэйдра расхаживала по новому дому. Ей здесь делать нечего – поняла после того, как Иадор уехал. Зачем, почему он оставил её на попечение своей матери и младшей сестры – она не знала ответов.
Внутри неё расцветала жизнь. Вышивая наряды вместе со свекровью, она могла хоть ненадолго забыть о муже. Хоть немного подумать над первой брачной ночью, когда он остановился по её просьбе и больше не пытался переспать с ней. Он окружил её заботой и нежностью. А она видела синеву в его голубых глазах.
Неужели Иадор полюбил её и не мог смириться со своими чувствами? Нет, такое предположение казалось безумием.
Девушка пыталась смириться со смертью Варсавы, молясь вместе с новой семьей в церкви. Получалось не всегда.
Для неё старый мир рухнул. Но новый так и не наступил.
Юстиниан находил определенную прелесть в работе по ночам. Он не мог спать, зная, что дела ещё не закончены. Феодора давала мудрые советы, но решать нужно только ему одному.
Он ждал писем Велизария, надеясь услышать о победе своего военачальника. Однако письма не спешили, и Юстиниан терял надежду. Император Византии все чаще и чаще обращался к Книге Бытия, находя в религии утешение.
Он ведь уже не молод. Довольно поздно стал императором. В 45 лет. Старость скоро возьмет свое. Возьмет верх над ним.
Варсава с удивлением смотрел, как меняется Гадес. Огонь возникал тут и там. Огонь стал клубиться в котлах. Души, что раньше переправлялись Хароном, стали гореть в них, моля о пощаде.
— Это грешники, — заметил бывший перевозчик.
— И что с ними потом будет? — поинтересовался Варсава.
— Они сгорят в геенне огненной, — криво улыбаясь, проговорил Харон.
Вот теперь Варсава испугался всерьез. Не такого он ожидал, когда шел сюда, надеясь на спокойное нахождение в подземном царстве. Он все ещё верил в старых богов. Вот только теперь они не верили сами в себя.
Прозерпина полюбила разрушения. Когда она возвращалась на поверхность, то море выходило из берегов, топя города, то дожди заливали урожай, неся голод, то целые деревни погребались под потопом.
Аид изменился окончательно. Он каким-то непостижимым образом проник в рай, соблазнив Еву яблоком с Древа Познания. А потом вернулся обратно в свой Ад, контролируемый Богом.
