В глазах европейцев Япония очень долго была страной загадочной, почти сказочной, чему в немалой степени способствовала удаленность и закрытость Страны восходящего солнца. Легко ли понять, что там происходит, если с середины семнадцатого века контакты иноземцев с японцами разрешались только в о одной точке -- на острове Дэдзима рядом с Нагасаки? Но ничто не остается в неизменности, и в девятнадцатом веке Япония была открыта для мира. И сразу же в этом мире возникла мода на все японское -- возможно, часто не так понятое, но казавшееся необыкновенно привлекательным, а, главное, экзотичным. В Японии старательно перешивали кимоно на европейские платья, а в Европе пытались носить кимоно -- без особого успеха. Зато все остальное шло на "ура" -- веера, зонтики, ширмы, гравюры, мечи и... литература, прежде всего поэзия. Эта поэзия казалась самым экзотичным из всего, что европейцы нашли в Японии. Непривычная форма, неожиданные эмоциональные всплески... Японская поэзия все время ускользала от е