О веселом и печальном-9
Руководство нашего авиаполка побывало на сборах командования авиаполков и приехало оттуда замороченным. Появился новый заместитель главкома ВВС СССР, которого авиаторы стали называть «фотограф». Потому что, в какой бы полк он не приезжал, везде одно и то же: Внимание! Снимаю... И всё, командир полка снят!
Через некоторое время в плане перелетов у нашего диспетчера появился самолет из Москвы (с аэродрома «Чкаловский») напрямую к нам в гости. Такого не было никогда, чтобы из Москвы да в нашу деревню (!) и нужно понять волнение нашего командования: разные мысли лезли им в голову после этих сборов.
Начали готовиться к приёму: все полеты в этот день отменили. Стали готовиться к подъёму по тревоге, которую мог объявить зам. главкома. И все почему - то думали, что в этом самолете будет именно он! А почему? Никто не мог объяснить... Ажиотаж рос с каждой минутой!
Все были перепуганы донельзя! Вот в нашей воздушной зоне появился этот борт. Его было отлично видно на фоне безоблачного неба - Ту-154. Но никого хорошая погода не радовала. Все жили предчувствием чего-то страшного и неотвратимого.
Я спустился на минутку вниз и заглянул к солдату - диспетчеру по фамилии Банга. Как всегда, он сидел на кровати, без сапог... Я миролюбиво сказал ему: Банга, ты бы привел себя в порядок, все-таки зам. главкома ждем. Да нет там никакого зам. главкома, тов. ст. лейтенант, - ответил он мне. Откуда он это знал, что на борту самолета начальства? Хотя, думаю, ладно, что взять с солдата? Оставил его в покое, чесавшим брюхо на кровати...
Самолет уже начал строить схему для захода... Я готов был приступить к работе для завода борта на посадку.
Тут на командно-диспетчерский пункт прибыло руководство. Командир сказал руководителю полетов, чтобы спросил, на сколько человек заказывать ужин? (так он хотел выяснить, сколько человек на борту из возможной комиссии по проверке полка). Ответ экипажа поверг всех в шок: А мы сейчас сядем и все скажем. Все поняли, что ответ экипажа не предвещает ничего доброго!
Вот самолет сел и покатил по полосе, зарулил на стоянку... Командир полка заранее отобрал все уазики у командиров батальонов обеспечения. Их все отправил к самолету. А следом за ними сам поехал встречать высокое начальство. Его заместитель по инженерной службе сам с подчиненными катил передвижной трап к самолету.
Из самолета вышел командир экипажа и сказал: Нас так никто нигде не встречал! Чтобы столько машин! Спустились по трапу члены экипажа. Экипаж разместили в машинах. А руководство полка продолжало стоять у самолета. Через некоторое время к ожидающему командиру полка, выйдя из машины, подошел командир экипажа: А кого ждем? Командир полка отвечает: А кого вы привезли? - Никого, мы пустые...
Думаю, в этот день многие из нашего руководства перепились на радостях...
Наутро к нам приехал генерал из штаба округа и отправился на этом самолёте в Москву.
Вот так можно перепугать самих себя. А правду знал один человек в полку – бравый солдат Банга!
Как –то в перерыве во время полётов я рассказал на КДП свежий анекдот: Министерством обороны для развития интеллектуальных способностей офицерского состава вводится кубик Рубика, для младшего офицерского состава – одноцветный, для старшего офицерского состава – монолитный. После моего рассказа на КДП зашёл замполит, он крутил треугольную призму. Все грохнули от смеха. Анекдот пришлось повторить для замполита. Он посмеялся вместе с нами.
Помню, в конце 70-х (я работал в то время у гражданских) к нам перевёлся из Москвы новый диспетчер. Работал мастерски: по локатору между самолетами 5 км, идут навстречу друг другу, а он уже давал команду одному самолёту на набор, другому - на снижение, конечно, предварительно запросив их экипажи подтверждение об их расхождении в воздухе. И всё шло нормально.
Но однажды в ресторане аэропорта мы обедали с его инструктором Валерием Степановичем, это был - старый опытный диспетчер. За столиком нас было только двое (думаю, что Валерия Степановича уже давно нет на этом свете: в то время он уже был стариком, да и нет уже с нами многих, которые были моложе его и теперь о его словах знаю только я). И тогда он сказал мне, говоря о новом диспетчере: «Этот парень когда-нибудь кого-то убьёт...» Боже мой, его слова оказались пророческими (через 5 лет!)...
Этот диспетчер заводил на посадку Ту-134 (я служил уже у военных на соседнем военном аэродроме). Командир самолета выполнял первый самостоятельный полёт. Они заняли высоту 900 м. Но заходить на посадку было рано: полоса была занята, на нее выруливал другой самолет, а из-за экономии топлива (в то время велась такая политика) уход на второй круг, мягко говоря, «не приветствовался». Нужно было как-то выкручиваться. И диспетчер отвернул самолет в сторону гор, чтобы он прошёл «змейкой» и смог зайти на посадку после взлетевшего самолёта. Но маневрирование в горах очень опасно. Экипаж понимал, что в любом случае придётся снижаться и запросил 600 м. Диспетчер разрешил… Штурман сказал командиру: «Там горы». Тот ответил: «Диспетчер знает»... Это были их последние слова... Последствия катастрофы были ужасны: В самолёте погиб отец другого диспетчера из его смены и он просил у него прощения (!).Погиб сын руководителя полетов другой смены. Наш полк тоже понёс потери: погибла семья ст. лейтенанта - авиатехника, они возвращались из отпуска, я его знал…
После тюрьмы на такую работу не возвращаются. Но случилось так: смена диспетчеров возвращалась после отдыха. В их машину врезалась другая. ДТП. Кто-то после этого не смог пройти обязательную медкомиссию. А зам. начальника по движению столкнулся с этим диспетчером в аэропорту (тот жил рядом) и предложил вернуться (диспетчеров в сменах не хватало). Он вернулся и работает уже много лет. И дай Бог ему безопасной работы!
Я никого не осуждаю, я не имею на это никакого морального права... Сам авиадиспетчер и сам не раз сталкивался с подобными ситуациями, и порой помогало только чудо. Подобное у меня самого было на аэродроме Далляр (Кавказ): на учениях при перелете полка, когда один бомбардировщик уклонился от схемы захода и полез в горы. И поделать ничего было нельзя, мы его не видели, только оставалось удерживать его на безопасной высоте, а снижать-то всё равно надо. Слава Богу, через горы он перелетел. И все остались живы... Это поймет только авиадиспетчер, который всё видел своими глазами. Надо было видеть лицо руководителя посадки с аэродрома Далляр (который прибыл, чтобы оказывать нам помощь): он схватился за голову и шептал: «Что они делают? Что они делают? Там горы…». А мы внешне оставались спокойными, будто так и надо. И то, что у бомбардировщиков основной боевой порядок «пчелиный рой», мы к этому давно привыкли. А на душе в это время кошки скребли...
В 1976г до того, как я начал работу авиадиспетчером (я начал в 1977г), в аэропорту, куда меня направили работать, произошла катастрофа бомбардировщика Ту-95. Как мне рассказывали другие диспетчеры: экипаж Ту-95 после выполнения маршрутного полёта ночью из-за ухудшения метеоусловий на основном аэродроме был направлен на запасной аэродром. Самолётом управлял гражданский диспетчер, который предупреждал экипаж, о том, что тот при выполнении захода на посадку идёт ниже траектории снижения.
Штурман сказал командиру: «Командир, выполняйте указания диспетчера», на что командир ответил штурману: «Пошёл он на… и ты вместе с ним!». Такие вещи не прощаются: Самолёт столкнулся с верхушками деревьев и линией электропередач, Экипаж погиб. После катастрофы на КДП приезжал генерал, который прослушал радиообмен (в авиации все переговоры записываются). В кабине стоял мат-перемат, члены экипажа ругались между собой. Возможно, командир экипажа искал землю, чтобы установить визуальный контакт… Он её нашел… Очень печально…
Пот струится между лопаток
И седеем мы рано, но…
Отвечать за себя – это просто.
Отвечать за других – тяжело!…
И редеют со временем смены,
Отдавая частицу души.
Тем, кто дружит сегодня с небом.
Ради них ты сейчас не спеши…
Не спеши, принимая решенье!
Подставляя свое плечо,
Тем, кто дружит сегодня с небом.
Помни! Ты отвечаешь за ВСЁ!