Что-то у нас все в Точке как-то серьезно. Давайте отдохнем и посмеемся. Про алкоголь там, кстати, тоже будет)))
Как-то с женой пошли пообедать в кафе. Сидим, чай пьем. Супруга вертит головой, здесь пол ее работы питается. Вот, через два столика, фитнес-салатик свой клюет Лариска , их секретарша, девушка красивая, но глупенькая. А вон солянку Жанна доедает, экономист из другого отдела, высокая, полная, с мужиковатым лицом дама лет 40 с хвостиком. Про таких говорят, страшнее атомной войны. Но при этом яркая, глубокая и умная женщина.
— Не понимаю, я просто не понимаю, — тараторит Лариска, она пересела к нам и теперь вполголоса обсуждает Жанну, которая, закончив есть, величественно, словно королева, плывет к выходу. — Толстая, ужасная… А муж ну просто красавчик, да еще и младшее ее. Вот интересно, чем она зацепила? Наверное, она очень богатая, и он женился на ней, а на ее деньгах?
Жена смеется, потом говорит Лариске:
— А давай, у самой Жанны спросим, пока она не ушла. Эй, Жанночка!
Лариска тут же краснеет, ей страшно неудобно, она вообще побаивается огромного экономиста.
— Жанна, тут молодежь знать хочет, за что тебя твой Борис так любит?
Лариска уже пунцовая как помидор. Девушка с трудом выдавливает из себя:
— Я только хотела узнать, как вы с познакомились с мужем?
— Да ты не стесняйся, — добродушно почти басит Жанна. Она улыбается, и это удивительным образом преображает ее лицо. Оно вдруг становится тонким, мечтательным, почти молодым. — У меня про это многие спрашивают.
...Жанну с Борисом познакомила его мама. Будущей свекрови понравилась девушка из хорошей семьи: умная, спокойная, а главное, еврейка по бабушке. Борис про это вообще не в курсе был. Мама и за свидание без него договорилась.
И вот они встретились. Борис-то и сейчас совсем не толстый, а тогда это был стройный молодой мужчина. Одет как манекен на витрине дорогого магазина, от него пахло очень изысканным мужским ароматом. И вообще…
— Глядя на него, я подумала, что он 100 % делает себе педикюр, — усмехнулась Жанна. — Такой изысканный молодой человек. И тут я, тумбочка 80-килограммовая, и платье из какого-то ситца. Сразу было ясно, что у нас ничего не получится и надо уже сразу расходится.
А Борис и говорит, что так дела не делаются. Мама старалась, она приготовила им покушать, и она потом это проверит. Поэтому они сейчас погуляют, пойдут к Борису на ужин, а потом Жанна пусть делает, что хочет. Так и порешили.
Жанна снова рассмеялась:
— Он меня не в ресторан приглашал, а домой, потому что мама так сказала. А впрочем, вряд ли в ресторане будет также вкусно как у еврейской мамы. И я пошла, потому как хорошо покушать всегда любила.
Борис был успешным молодым человеком. Он жил один в трехкомнатной квартире, ему от папы досталась стоматологическая клиника, а еще буквально на днях он купил роскошный, невероятно дорогой диван из белой кожи. Мы ели баранину с зеленым горошком, очень вкусно, кстати, и Борис рассказывал о зубах, передних, коренных, восьмерках. При этом не смотрел на меня, а таращился в телефон, и каждую минуту предупреждал, чтобы я не закапал его новенький диван.
И на 20 минуте меня это взбесило. Так хорошо сидим, а сволочь, только о диване думаешь? Я схватила бутылку, залпом ополовинила ее, а потом… макнула в руку в жир, который стек с баранины, и медленно провела ей по белоснежной коже.
— Очень дорогой, говоришь?
И еще раз провела, и еще. Затем вытерла пальцы об его фирменную рубашечку. Борис смотрел на меня круглыми и совершенно мертвыми глазами. А потом я ушла в ванную и стала реветь, потому что никогда в жизни у меня не будет такого мужа-красавчика, потому что я сама толстая и страшная на все белом свете.
А через десять минут ко мне пришел Борис с бутылкой водки. Он устал оттирать диван медицинским спиртом. И вообще его все достало. Ответственность, долг перед семьей, глупые клиенты, мама, которая контролирует каждый его шаг.
Мы выпили всю бутылку и как дети стали скакать на этом чертовом уже местами не белом диване.
— А что потом? — хлопала глазами Лариска.
— А потом мы занялись на диване кое чем другим, — немного смущенно продолжила Жанна. — Через месяц мы сыграли свадьбу и я родила Борису троих детей.
— Так надо у мужиков руки грязные об диваны вытирать, — подвела итог Лариска. — Вот кто бы знал…
— Ты попробуй, девочка, потом нам расскажешь, что и как вышло...