Она же — 38-я по счету в «собрании сочинений» (далеко не полном, мы надеемся) старого знакомого новгородских археологов. Символично, что грамота, автором которой является самый пишущий житель и управленец средневекового Новгорода Яким, была найдена на Троицком раскопе в аккурат к празднику — традиционному Дню бересты.
С начала нынешнего полевого сезона новгородская берестяная коллекция пополнилась шестью грамотами. Причем одной такой находкой порадовал Знаменский раскоп, остальные были подняты на Троицком. За долгие годы исследований — работы там ведутся уже 45 лет — археологами найдено более 450 берестяных посланий. Поистине бесценный квартал для исторической науки: на этом месте площадью около 8 тысяч квадратных метров были обнаружены 19 усадеб, включая знаменитую усадьбу художника Олисея Гречина.
По мнению профессора МГУ, заместителя руководителя Новгородской археологической экспедиции Елены РЫБИНОЙ, Троицкий раскоп — пример того, как важно исследовать культурный слой на как можно большем участке средневекового города.
— Маленький раскоп подобен книжной странице, — говорит она, — тогда как Троицкий — это целая повесть.
Самой длинной повестью все еще остается Неревский раскоп. Тот самый, где теперь уже 67 лет назад была найдена грамота № 1. «Я ждал ее двадцать лет!» — эти слова руководителя экспедиции Артемия Арциховского для археологов сродни гагаринскому «Поехали!». Продолжатели его дела все так же не устают ждать и не перестают удивляться.
К великому сожалению, последних грамот уже не прочтет академик, выдающийся лингвист Андрей Зализняк, которого руководитель Новгородской экспедиции академик Валентин Янин в шутку называл главной ее находкой. Андрей Анатольевич всегда с большим нетерпением ожидал от археологов свежую берестяную почту. В День бересты у памятного знака вспоминали о нем...
Находки по-прежнему загадывают загадки. Как, например, грамота № 1103. Всего-то два слова разборчиво — «Мистаку добрину». Но член-корреспондент РАН Алексей Гиппиус подобрал ключ к «шифру». Запас средневековых слов (новгородский диалект XII века весьма сложен для понимания) обогатился новым именем. Это — Мистак. А добрина — никакой вам не Добрыня. Это — имущество, пашня.
Зато грамота № 1105 («от Суботки Гюре») оказалась и подробной, и понятной. Суботка, отец-ответчик за сына-должника, недоволен действиями взыскателя Гюри (Георгий или Юрий, возможно) и грозит жалобой князю.
— Явно судебное дело, — поясняет Елена Рыбина. — Согласно «Русской правде» ответственность в случае, если должник скрылся, возлагалась на ближайших родственников.
А автор грамоты № 1106 сообщает, что «пошел в Смоленск». Между прочим, он такой — третий только. В смысле, что ранее лишь в двух известных берестяных грамотах упоминался Смоленск.