"..."И, ннна!" - просвистело мне в ухо. И я оторвалась от дум.
"Нет, только подумай... Они ещё этим и гордятся", - раздалось оттуда же и туда же. Я повернула тяжелеющую голову налево. Подруженция моя, грохнув три стопки сильно градуированного. Уже слегка захмелела. И её, как обычно, потянуло на "правду". Тема была близкая и понятная. И сто раз переговоренная. Но, от этого, актуальности не растерявшая.
"Что ты думаешь", - складно выговаривала "правдолюбка", - "прихожу я тут. Дверь, мать её, входную заказывать. В конторку одну... Такая себе, конторка. Сидят пятнадцать олухов в "курятнике", щёки надувают... Так вот. В отдельном закутке, расположились приёмщицы. Заказов..."
Я наморщила лоб и вставила умно: "Менеджерши".
"Опа-на! Точно! Но, не суть... Сидят, значит. Про товар, которым торгуют - ничё объяснить толком не умеют. Да, и то сказать - как бабы могут двери входные продавать. Всё ж, не пудра с тушью... Я уж и так, и эдак. И наводящие. Мёртво. Только заученными терминами, как попугаихи, трещат. А, по сути - пфффф..." - она вяло щёлкнула пальцами бармену. И заказала ещё два по "пятьдесят". Одну порцию тут же заглотила.
Мне взгрустнулось и я повела вторым голосом: "А, мне ли не знать. У меня цельный отдел. Таких... Смешанный, правда. Двадцать две бабы и три мужичка. А, уж лучше бы и этих трёх. Не было... Там глянуть не на что, не то, что опробовать. Так и за тех - передрались. Лярвы... Весь рабочий день ногти пилят, шмотки обсуждают..."
"Да, ладно бы пилили", - начала расходиться подруга, - "ну, не получилась биография - "троечницы", блин. С кем не бывает... Но, ведь пыжатся, хвастают, свысока поглядывают. Что в офисах, конторах, конторках. Тьфу ты, прости Господи! Подвизаются... Будто мировую науку вперёд двигают. А, всех забот-то - личную житуху устроить. Только и думают, под кого бы, стремительно стареющие телеса, удачно пододвинуть и разложить".
Я махнула свою ёмкость и подметила: "Если бы только устроить. Прикинь, Тимофеева. Мои профурсетки - и те что уже по разу, а кто и по два. "Устроились"... Дык, всё одно. Любого самца тут же. Тут же обхаживать начинают... Улучшить хотят. Устроенное... "Усилить"... Так сказать... Ты не представляешь - сколько скандалов и дрязг из-за этих дур озабоченных!"
"Очень. Очень даже. Представляю", - Тимофеева набрякла голосом и взъела, - "думаешь, эт у меня всё обида прёт? На бывшего? Да, ни хрена ли с маслом! Пусть ему чешется. С кем хочет!
Мне в принципе, суки эти. Поперёк трахеи... Куда ни глянь - везде они. Клонируют их. Что ли..."
Мы устало примолкли. Поздний час способствовал закруглению. Хозяин забегаловки который раз выходил в зальчик. И укоризненно взирал на шумных посетительниц. Мы рассчитались и выползли на улицу.
Пока ждали такси, переминались о текущем и неважном. Про "этих дур" не проронили больше ни слова. Да, оно и понятно. Даже у умных, яд порционно. Вырабатывается. Однако, беречь надо!"