"По здравому размышлению. И прожив сорок с хвостиком. Она пришла к выводу. Друзей у неё нет. Да, по сути, и не было никогда.
Её использовали. Опирались, как на стеночку - благо крепкая. Была.
Шли одними стезями. Пока они случались. И круто - без предупреждения войны - сворачивали и бросали. Когда пути расходились.
С ней держали совет. Хотя, вряд ли прислушивались - скорее просто сливали негатив. В её-то бездонную душу.
У неё грелись и переводили дух. Осыпая бранью обидчиков. А, потом, выправившись, обижали сами. Да, по-крупному.
К ней ползли с горем. Чёрным и безутешным. А, уходили - выплакавшиеся и с силами жить. Но, её горе. Не выплакивал с ней. Никто.
У неё учились, втихаря подсматривая, - как она это делает. Но, никто не удосужился поблагодарить.
За помощью и защитой не стеснялись врываться в её спокойную, налаженную жизнь. И разворошив, вытоптав не ими построенное и взрощенное, уходили. Лишь только надобность иссякала.
А, она-то всю жизнь недоумевала - "а, шо так?" Дружишь, дружишь. И вот уже - совсем чужой человек. Непредсказуемый, подлый. Вовсе незнакомый. А, оказывается дружила только она, в одну сторону. Вот и получился, пердимонокль.
Не сказать, что сделанное открытие как-то особенно огорчило или растрогало её. Потери и предательства - ставшие такими привычными - давно загрубили нежные места и осадили неуёмную добросердечную прыть. Но, вот удивление - "Как же так возможно? Массово, беззастенчиво. Будто так и правильно, и верно". Немного озадачило.
Но. Не желая более тратить драгоценное время и силы на недостойных. Решила - видимо, время такое. Недружественное. Вот и ведёт слабых, да глупых на мерзости. Решила - и успокоилась.
Отныне, одной проблемой - дружбой. В её жизни и меньше стало..."