Многополярный мир не является привилегией одних лишь правительств, режимов и вождей. Многополярный мир для всех! Для стран и автономий, городов и деревень, для домов и квартир, для отдельных граждан и личностей. И у каждого из субъектов есть право быть полюсом. Равное право со всеми остальными, чьи бы интересы они ни представляли. Не обсуждаю здесь и сейчас контекст принятия совместных решений, о механизмах консенсуса и о компромиссах, о самой трагедии общих ресурсов ещё предстоит серьёзная дискуссия...
1spb.org
Надо делать государство зависимым от народа, как и сказано в ст.ст. 1, 3 и 32 Конституции РФ. Например, можете нас поздравить, мы добились победы в известной блокадной теме. В прошлом году принят местный петербургский закон 496-82, который является подзаконным актом для 5-ФЗ о ветеранах, его пришлось согласовывать с министерствами и эффект от изменений федерального уровня. Мы защитили тем самым блокадное гражданство и петербургскую идентичность. Шовинистический, антиконституционный и необоснованный ценз 4 месяца в Положении о знаке Жителю блокадного Ленинграда отменён, дискриминация среди блокадников устранена после 36 с лишним лет. От меня одного это отняло 13 лет нормальной жизни. Но даже кто-то из оппозиции вместо благодарности злобно шипят в нашу сторону. Одним завидно, что у нас получилось то, что не вышло у них. Другие же от глупости и злобы продолжают делить блокадников по сортам.
* Истеричный "запрет" на ультиматумы лишь показывает недоговороспособность. Ультиматум — это инструмент обозначения «красных линий», при этом не всегда угроза в полном смысле слова. Если сторона воспринимает само предъявление условий как оскорбление или «истерично» их отвергает, она фактически отказывается от признания реальности и интересов оппонента. Это превращает дипломатию в процесс без цели, где отсутствие гибкости маскируется под принципиальность. Отказ от ультиматумов есть признак слабости. * Жажда получения всевозможных извинений обнажает ресентиментную обиду. Философ Фридрих Ницше определял ресентимент как чувство враждебности по отношению к тому, кого человек считает причиной своих неудач. В этом контексте требование извинений за исторические или прошлые обиды становится формой «морального реванша». Вместо исправления ситуации в настоящем, субъект пытается переписать иерархию прошлого, заставляя оппонента признать свою низость. Сочетание этих факторов создает тупиковую ситуацию, когда одна сторона не может ставить условия, а другая занята поиском морального удовлетворения через покаяние врага и потому конструктивный диалог и договороспособность подменяются взаимным эмоциональным истощением.
