А ты бы как?

Сообщение пришло в 23:41, когда Ольга уже выключила на кухне свет и собиралась идти спать. «Ольга Викторовна, простите за позднее время. Завтра Артём может рассказать вам одну историю. Очень прошу: не верьте ему сразу. С уважением, Марина Игоревна». Ольга перечитала сообщение три раза. Учительницу литературы Марину Игоревну она знала второй год: собранная, спокойная, без привычки писать родителям по ночам и тем более в таком тоне. Если бы сообщение пришло из родительского чата, Ольга решила бы, что кто-то кого-то взломал...

Анна установила семейную геолокацию не из любви к слежке. Просто однажды в седьмом классе Тимофей сел не в тот автобус после олимпиады, уехал на другой конец города и полтора часа не отвечал. После этого приложение в телефоне перестало казаться ей покушением на свободу, а Тимофею — тоже, хотя ворчал он каждый раз одинаково: — Мам, я не посылка с маркетплейса. — Зато посылки хотя бы не забывают зарядить телефон, — отвечала Анна. В шестнадцать лет Тимофей научился закатывать глаза так выразительно, будто мать сама изобрела контроль, тревожность и родительские чаты...

Ирина не боялась нейросетей. Она боялась людей, которые после слова «нейросеть» начинали улыбаться слишком бодро. Поэтому, когда на планёрке коммерческий директор Максим Викторович сказал: «Коллеги, мы не сокращаем людей, мы убираем рутину», Ирина машинально записала эту фразу в блокнот. Не потому, что поверила. Просто хорошие фразы полезно сохранять — потом легче вспомнить, с какого места всё пошло не так. Их отдел разбирал претензии покупателей крупного интернет-магазина бытовой техники: сорванные доставки, разбитые телевизоры, холодильники с вмятинами, возвраты, гарантийные споры...