Для неопределенного круга лиц. Возможен диалог

Октябрь 1993 года стал одним из главных переломов постсоветской истории России. Конституционный конфликт между Борисом Ельциным и Верховным Советом перерос в вооружённое столкновение. 21 сентября Ельцин объявил о прекращении деятельности Съезда народных депутатов и Верховного Совета; парламент ответил объявлением о прекращении его президентских полномочий. 4 октября войска по приказу президента обстреляли здание парламента. Так конституционный спор был решён не правовой процедурой, а силой. Именно здесь особенно уместна философия Альбера Камю. В «Бунтующем человеке» Камю исследует момент, когда борьба против несправедливости превращается в оправдание насилия...

Альбер Камю в «Бунтующем человеке» ставит вопрос, который после катастроф XX века приобрёл не только философское, но и политическое значение: что происходит с человеком, когда он, восстав против несправедливости, получает право уничтожать других ради построения справедливого общества? Это продолжение «Мифа о Сизифе», но теперь речь идёт не только об абсурде существования. Камю исследует политический бунт и тот момент, когда освобождение превращается в новую форму рабства. В «Мифе о Сизифе» вопрос звучал так: если мир не даёт человеку окончательного смысла, как жить? В «Бунтующем человеке» он становится...

Читая рассказ Юрия Визбора «Оркестр в лесу», я невольно ловлю себя на мысли: за почти полвека, прошедшие со времени его написания, технические возможности кино изменились до неузнаваемости, но вопросы, поставленные автором, не потеряли остроты. Почему одни песни, однажды прозвучав на экране, становятся частью национальной памяти, а другие исчезают вместе с финальными титрами? Почему мелодии из старых фильмов мы узнаём с первых нот, тогда как многие современные кинопесни не оставляют после себя даже смутного воспоминания? И главное: что происходит с культурой, когда песня перестаёт быть голосом...

Я прочитал слова Дмитрия Дюжева о молодёжи и почувствовал неловкость. Оказывается, мы неправильно понимали назначение прогресса. Думали — чтобы дети жили лучше родителей. Выяснилось — чтобы родители могли вовремя упрекнуть детей: слишком хорошо живёте. Накормили — теперь предъявляем счёт за отсутствие голода в биографии. По словам актёра, нынешнее поколение выросло в комфорте, не знает, как это — плохо жить, и потому может захотеть революции. Я здесь прежде всего споткнулся о слово «поколение». Удобное слово. Можно одним движением поселить несколько миллионов человек в просторную квартиру. Вместе с теми, кто снимает угол, работает после занятий и откладывает стоматолога до лучших времён...

Государство пригласило меня продолжить род. Тон был такой, словно речь шла о продлении подписки на ведомственную газету: мероприятие полезное, уклонение нежелательно, расходы за счёт подписчика. — Рожайте, — сказало оно, поправляя галстук стоимостью в несколько моих месяцев зарплат. — А жить где? — спросил я. — В великой стране. — Я имею в виду квартиру. — Не будьте мелочным, гражданин. И действительно: какая пошлость — заводить разговор о квадратных метрах, когда вам предлагают участвовать в Истории! История просторна, потолки высокие, правда, отопление не предусмотрено. Наша розовая Дума, давно...