TashaShip

Глава 12. Сегодня я решила посвятить весь день своей любимой Машеньке, после сдачи анализов и очередного обследования в поликлинике это было именно то, что нужно нам обеим. Завтра предстоит встреча с врачом, а пока, только радость, тепло и беззаботное время вдвоём. Мы отправились в наш любимый городской парк. Он в это время года особенно прекрасен, в воздухе витает тонкий аромат цветущих кустов, а солнечные лучи пробиваются сквозь ветви, рисуя на земле причудливые узоры. Сначала мы долго гуляли по извилистым дорожкам, то ускоряя шаг, то останавливаясь, чтобы рассмотреть, что‑то интересное...

Глава 11. Машенька встретила меня на пороге, бросилась на шею: — Мама! Я так соскучилась! Мы с бабушкой сделали аппликацию, вот, смотри! Она потянула меня в комнату, показывая красочную картинку из цветной бумаги, домик с красной крышей, жёлтое солнце, зелёная трава и синяя речка. Рядом порхали бумажные бабочки, приклеенные так аккуратно, что казалось, вот‑вот взлетят. — Видишь, это наш дом, — объясняла Машенька, тыча пальчиком. — А это ты, а это я, а это бабушка! — Очень красиво, солнышко, — я...

Глава 10. У деда мы провели неделю, целую неделю тишины, покоя и простых деревенских радостей, которые постепенно залечивали мою израненную душу. Каждое утро начиналось с рыбалки. Мы с дедом вставали на рассвете, когда небо только-только начинало розоветь, собирали снасти и шли к небольшому озеру за лесом. Дед учил меня закидывать удочку, насаживать червяка, следить за поплавком. — Тише, тише, — шептал он. — Рыба — она чуткая, всё слышит. Мы сидели на берегу, слушали, как перекликаются птицы, как шелестит камыш, как плещется рыба в воде...

Глава 9. Вдалеке виднелась избушка лесника с резными наличниками, с трубой, из которой струился лёгкий дымок. Над крышей кружили ласточки, то ныряя вниз, то взмывая ввысь, будто показывали нам дорогу. Лена и дед Антон шли рядом, подруга подбадривала меня шутками, дед молча кивал, но в его взгляде читалась поддержка. Петрович встретил нас у калитки. Высокий, сухощавый, с седой бородой и пронзительными серыми глазами, он окинул нас строгим, но добрым взглядом. — Вижу, гости не простые, — произнёс он низким, густым голосом...