Знакомые лица

В начале августа 1976 года Ники Лауде совершили последнее причастие: после огненной аварии на Нюрбургринге врачи не были уверены, что он выживет. 12 сентября он уже стоял на стартовой решётке Формулы-1 в Монце. Между этими двумя событиями — 42 дня. И эта цифра кажется ещё невероятнее, когда узнаёшь, что ожоги на лице Лауды к возвращению даже не успели полностью зажить. Лауда был действующим чемпионом мира и уверенно защищал титул. 1 августа 1976 года чемпионат приехал на старый Нюрбургринг — огромную и опасную трассу, безопасность которой сам Лауда считал недостаточной...

Самая известная цифра в биографии Тины Тёрнер — не тираж альбома и не размер гонорара. Это 36 центов. Столько денег было у неё в кармане в ночь 1976 года, когда она ушла от Айка Тёрнера после многих лет насилия. Есть ещё одна важная деталь: при разводе она практически отказалась от имущества, но сохранила сценическое имя. Получается почти символически — денег нет, прежней жизни больше нет, зато остаётся «Тина Тёрнер». С этого и пришлось начинать. 1 июля 1976 года Айк и Тина Тёрнер были на гастролях в Далласе...

Есть актёры, которых сначала узнают по лицу, а потом удивляются: «Так это ещё и он озвучивал?» С Сергеем Буруновым у части аудитории всё получилось наоборот. Пока его собственные роли ещё не сделали его всенародно узнаваемым, в кинотеатрах уже звучал его голос — из уст Леонардо ДиКаприо. Сам Бурунов, кстати, просил не называть его «официальным голосом ДиКаприо»: никакого пожизненного контракта на одного голливудского актёра у него нет. Но список фильмов, где российский зритель слышал именно Бурунова, внушительный...

В 1984 году австралийский врач Барри Маршалл сделал то, что в нормальной лабораторной истории обычно хочется запретить уже на стадии идеи: выпил культуру бактерий. Он хотел показать, что микроорганизм, найденный в желудке пациентов, способен вызывать болезнь. Историю часто пересказывают ещё эффектнее — будто Маршалл специально «заразил себя язвой». Это неточно. После эксперимента у него развился острый гастрит, а не язва. Но именно этот результат стал одним из самых громких аргументов в споре, который в итоге изменил представление о язвенной болезни...