Живопись

Есть художники, которые пишут картины, и их достаточно много. Есть художники, которые расписывают храмы, и их значительно меньше. Существуют редкие мастера, способные обогатить «светскими» навыками духовную живопись...

Замысел и наитие, мастерство и вдохновение, искусство и подвижничество: первое здесь подкреплено вторым, а без второго нет первого. Андрей Рублёв — личность, неотделимая от легенды о себе самой, как утренняя заря неотделима от солнца...

Говорить об иконах — занятие трудное. Икона живёт сразу в двух измерениях: мире искусства и домене веры. А вера не умещается в раму. Её не окинуть взглядом, не разложить на мазки и слои. Вокруг иконы — поле смыслов и чувств; магнетизм и напряжение под стать электрическим. В то же время икона — творение рук человеческих. Дерево, лак, композиция и текстура, авторский взгляд и культурная ценность... Трансцендентная по содержанию, в музейных стенах она превращается в экспонат. В физический отпечаток духовных исканий...

Ждать возвращения любимого человека двадцать лет кряду довольно непросто. В голову начинают лезть всевозможные мысли. Жив ли, здоров ли. Не связался ли с дурной ахейской компанией. Не получил ли троянским копьем по шлему, не повстречал ли прекрасную волшебницу. И всё это — заметьте — при полном отсутствии как цифровой, так и аналоговой почты. Вокруг всё настойчивее звучат советы от придворных оракулов, божественных посланников и доморощенных «психологов» начать новую жизнь, а десятки видных атлетически сложенных эллинских мужей предлагают разделить с ними светлое будущее...