Запретная зона

Ночь в Зоне была особенно густой — будто сама тьма налипла на кожу, а воздух звенел от напряжения, как натянутая струна. Где-то вдали, за ржавыми остатками ангара, тихо щёлкал дозиметр, отсчитывая мгновения, в которые ещё можно было успеть уйти. Но трое сталкеров — Серый, Лысый и новичок по прозвищу Шрам — не собирались уходить. У них в руках была книга. Её нашли в полуразрушенном бункере на окраине Рыжего леса, среди рассыпавшихся папок и пустых ампул. Обложка потрескалась, чернила местами выцвели, но текст читался...

ИНСТРУКЦИЯ ПО ВЫЖИВАНИЮ В ЗОНЕ Памятка для салаги, который только что вылез из душного вагона на кордоне. Написано мной. Читай внимательно, потому что я сам нарушил каждый из этих пунктов, и именно поэтому у меня до сих пор две руки, две ноги и оба глаза на месте. Почти. 1. О главном правиле, которое ты уже нарушил Ты уже здесь. Ты уже отдал свои деньги, прошел под шлагбаумом и вдохнул этот воздух — смесь озона, жженой резины и сладковатого запаха гниения. Ты думаешь, что Зона — это романтика, хабар, экзоскелеты и песни под гитару у костра...

Он появился на Кордоне ранним утром, когда туман ещё висел над землёй, как молочная пелена. Никто не обратил на него внимания сначала — мало ли чудаков приходит в Зону. Но этот чудак был особенным. Вместо рюкзака с патронами и аптечками он нёс на плече массивную кинокамеру, а на груди висел кофр с объективами и плёнкой. — Кто такой? — Сидорович, хозяин бара и главный торговец Кордона, смерил его недоверчивым взглядом из-за прилавка. — Оператор, — ответил незнакомец. — Снимаю документальное кино о Зоне...

Это было в Темной Долине, аккурат за год до того, как «Свободу» оттуда выбили. Место паршивое: ферма старая, завод « недостроенный, и туман такой, что вытянутую руку не видать. И вот в этом тумане бригада Хрипатого завалила стаю плотей. Знаешь плоть? Такая свинья на шести ногах, глаза добрые, а башка как у бультерьера. Мясо у нее, по науке, вроде бы чистое, радиации ноль, токсинов — кот наплакал. Голод, он ведь не тетка. Хрипатый, он правил не любил. Сказал: «Инструкции ваши НИИЧАЗовские — для крыс кабинетных...