Юджиния Квант | Блог психолога о потенциале человека

Посмотрите на маленького ребёнка — двух-трёх лет. Как он смотрит на муравья, как разглядывает капли дождя на стекле, как трогает кору дерева, как задаёт сто вопросов в час. В нём горит то самое топливо, которое делает человека живым. Любопытство. А теперь посмотрите на себя в обычный будний вечер — после работы, после готовки, после уроков с детьми. Что вы чувствуете? Скорее всего, усталость, и какую-то серую пелену, и ощущение «всё одно и то же». Между этим маленьким ребёнком и сегодняшней вами — не годы, не обязанности, не возраст...

Вы кричите на ребёнка по поводу разбросанных вещей и вдруг слышите со стороны собственный голос. И в этом голосе — те же интонации, те же слова, тот же тон, которые когда-то так ранили вас саму, когда мама кричала на маленькую вас. Вы замираете на середине фразы с ощущением полного ужаса. Как же так? Вы же клялись себе тысячу раз, что никогда, никогда не будете такой матерью, как ваша. Вы перечитали книги, вы прошли тренинги, вы знаете, как надо. И всё равно — в момент усталости, раздражения или стресса — изо рта вылетает мамина фраза...

Когда впервые слышишь словосочетание «внутренний ребёнок», возникает естественный скепсис. Звучит как что-то из эзотерических книжек, как красивая метафора для разговоров о детстве. Многие женщины машут рукой — какой ещё ребёнок внутри, мне сорок пять, у меня свои дети взрослые, давайте без этих сказок. И вот именно это отношение мешает увидеть одну из самых работающих и научно обоснованных вещей в психологии. Внутренний ребёнок — это не выдумка и не образ. Это реальная часть вашей психики, которая живёт внутри вас прямо сейчас, прямо когда вы читаете эти строки...

Вы листаете ленту и видите фото подруги — она снова в путешествии, загорелая, рядом любящий мужчина, дети улыбаются. И внутри что-то неприятно сжимается, какой-то тяжёлый укол под рёбра. Вы тут же ловите себя на этом и быстро говорите внутри — «нет, я за неё рада, она молодец, она этого заслужила». Но осадок остаётся, и весь день настроение какое-то мутное. Вечером вы об этом не вспомните, а если кто-то спросит — была ли зависть, вы искренне ответите «нет, что вы, я не завистливая». И в этом главная...

Вы листаете ленту и видите фото подруги — она снова в путешествии, загорелая, рядом любящий мужчина, дети улыбаются. И внутри что-то неприятно сжимается, какой-то тяжёлый укол под рёбра. Вы тут же ловите себя на этом и быстро говорите внутри — «нет, я за неё рада, она молодец, она этого заслужила». Но осадок остаётся, и весь день настроение какое-то мутное. Вечером вы об этом не вспомните, а если кто-то спросит — была ли зависть, вы искренне ответите «нет, что вы, я не завистливая». И в этом главная...

Вы лежите ночью, смотрите в потолок, и в голове опять прокручивается тот самый разговор недельной давности. Что она сказала, что вы ответили, что надо было ответить, как она посмотрела, что она имела в виду на самом деле. Вы поворачиваетесь на другой бок, пытаетесь думать о чём-то другом, и через минуту снова там же — та же сцена, те же слова, тот же тяжёлый осадок. Утром вы встаёте разбитой, и весь день эта мысль возвращается между делами, как назойливая муха, от которой невозможно отмахнуться....

Вы сидите вечером у окна, в доме всё в порядке, дети спят, муж рядом, на работе ничего не горит, а внутри поднимается странное, тяжёлое, почти физическое чувство — как будто что-то болит, но непонятно что. Не грусть по конкретному поводу, не обида, не усталость, а именно эта особая тоска, у которой нет имени и нет адреса. Вы пытаетесь её прогнать — выпить чаю, включить сериал, позвонить подруге — но она никуда не уходит, только глубже забирается куда-то под рёбра. И вы решаете, что просто устали, гормоны, осень, что угодно...

Мы привыкли ждать большого счастья — отпуск через полгода, новая квартира когда-нибудь, повышение в следующем году, любовь, которая всё изменит. И в этом ожидании огромного и важного незаметно проходят дни, недели, годы, в которых нам кажется, что радоваться особо нечему. А психика тем временем тихо изнашивается, потому что человек не приспособлен жить только большими событиями, ему нужно подпитываться каждый день. И самое удивительное открытие, к которому приходят психологи и нейроучёные — спасают...

Вы стоите перед зеркалом и впервые видите там не молодую женщину, а кого-то, кого узнаёте с трудом. Морщинки у глаз, другая кожа, другой взгляд — и вдруг внутри поднимается тяжёлая, почти невыносимая волна: куда всё это ушло, где те годы, в которых я могла прожить совсем другую жизнь, выйти за другого мужчину, выбрать другую профессию, не молчать, не терпеть, не бояться. Эта боль накрывает миллионы женщин после сорока, и о ней почти не принято говорить вслух, потому что считается, что «надо радоваться тому, что есть»...

Вы замечали, как иногда какой-то человек раздражает вас до зубовного скрежета буквально без причины — просто своим существованием, голосом, манерой смеяться или способом подавать себя? И как вы вдруг взрываетесь по совершенно пустяковому поводу, а потом сами не понимаете, откуда взялась такая буря внутри? Это работа той самой тени личности, о которой когда-то писал Карл Юнг и о которой большинство людей не знают вообще ничего, хотя живут с ней каждый день. Тень — это не что-то мистическое и не повод...

Она встаёт раньше всех, чтобы собрать ему рюкзак в школу, хотя ему уже двенадцать. Она звонит десять раз в день, чтобы убедиться, что он поел, оделся по погоде и не забыл шапку. Она решает за него, с кем дружить, какую секцию выбрать, в какой институт поступать и какую профессию любить. Со стороны это выглядит как образец материнской любви и заботы, а на деле это медленное и почти незаметное калечение целой жизни — только из самых добрых побуждений. Гиперопека не выглядит как насилие, она выглядит как любовь, и именно поэтому она так разрушительна и так трудно отслеживается...

Утром снова дала себе слово — больше никогда не кричать, говорить спокойно, быть терпеливой и понимающей мамой. А вечером опять сорвалась на ребёнка из-за разбросанных игрушек, невыученных уроков или просто потому, что он медленно одевается, и теперь сидите в ванной с тяжёлым комом вины в горле. Знакомая картина для огромного количества мам, которая повторяется изо дня в день по одному и тому же сценарию. Самое тяжёлое в этой истории — не сам крик, а то, что после него обрушивается на голову — стыд, вина, ненависть к себе и страх, что ребёнок вырастет травмированным...