Василий Якеменко

«Привет. Мне на днях рассказали, что ты научился медитацией ослаблять переживания. Подскажи, как это сделать. На днях зашла спокойно в электробус после вечерней табаты. Присела на свободное место у входа. Ноги горят. Облокотилась на спинку. Чувствую «не то». То ли кондей слабо работает, то ли капризная девочка напротив бесит, то ли неприятные физиономии алкашей напрягают. В общем, было душно, громко и плохо пахло. Еле проехала две остановки до дома. Думаю, что за блядство? Пришлось ещё чай с ромашкой заварить перед сном»… Я не знаю, что значит слово «медитация», однако отвечаю...

Оглядывая современный мир, везде встречается удивительно простая схема отношений сильного и слабого. Бандит приходит к коммерсанту, Франция к Мадагаскару, родитель к ребёнку - не имеет значения. Важно, что первый сильный, а второй слабый. Первый шаг: «сильный приходит». Шаг два. Слабому делается предложение чего-то «хорошего». Ребёнку предлагается быть вежливым или учится в школе или ходить в секцию или соблюдать порядок в комнате, Мадагаскару предлагают построить дороги и электростанции, а коммерсанту предлагается «крыша»...

Ниже будет представлено краткое содержание первых четырёх серий сногсшибательного российского 90-серийного сериала, предлагаемого к съемке в 2026 году. Российский сериал «Один за всех…». 1 Серия. Адский план. Персонаж, в котором легко угадывается Илон Маск, понимает, что ни электромобили, ни тяжелые ракеты не внесут его имя в историю человечества навсегда. В его мозгу созревает отвратительный план: стать первым человеком на планете, отправившим тёщу в космос. Конечно, в один конец. Коварный Маск...

«Не раз случалось мне слышать от людей благорасположенных: зачем вы всё изнанку да изнанку изображаете? Ведь это и для начальства неприятно, да и по существу неправильно». Салтыков-Щедрин. «Представь, Петрович, безбрежное озеро в далёком лесу. Солнечный день. Песчаный берег. Синее небо. Белые облака. Трава по пояс. Колокольный звон монастыря в предутренней мгле. А потом музыка до ночи, баннеры до небес, павильоны, мачты, флаги, сцены, палатки, а в них без счёта ребят и девчонок в ожидании будущего,...

— Но ведь сиденье в бизнес-классе объективно намного комфортней, да и ноги можно вытянуть! — мой товарищ любит поспорить: высок ростом, оскорбительно молод, носит какие-то шнурованные до колена сапоги, хлопчатую вышиванку и ультрамодный «Рей-Бан». Когда я слышу слово «объективно» — моя рука сама тянется к бейсбольной бите. С тоскою посмотрев на её удобную ручку и манящий тяжёлый верх, я останавливаю гнев, останавливаю руку и тихо говорю: — Сиденье бизнес-класса комфортней сиденья в экономе только...

Голова продвинутого жителя российских столиц, разорванная совещаниями (meeting), психологами/косметологами и подлеченная стаканчиками латте, набита разнообразными кодами, по которым голова узнает свою продвинутость. В психологических кабинетах житель столиц зачерпывает термины «травма», «проработать» и «принятие». В косметических обогащается «гиалуронкой». На совещаниях в мэрии приобщается к понятию «эффективный менеджер» и так далее. Всю эту галиматью наш продвинутый герой непрерывно мусолит, слабо представляя ее содержание...

У товарища сгорела баня. Даже не баня, а целое государство, со столовой на двадцать персон, бассейном, резьбой по дереву, где надо и не надо, биллиардной и всем остальным, что часто входит в русский пакет «жизнь удалась». Но сгорела не только тешившая самолюбие гигантская избушка, не только источник телесных удовольствий, сгорел магнит, собиравший коллектив вокруг печки. Сломалась привычная жизнь, пропала многолетняя роль хлебосольного хозяина. Опустели выходные. Восстановление бани стало для бывшего хозяина чем-то в роде Башмачкинской шинели...

Кроме состояний удовольствия, скажем, при вкушении свежайшей чиабатты слегка приправленной оливковым маслом, человеку доступны состояния приобщения к чему-то большему чем он сам. Имена этих состояний котируются на рынке под брендами - любовь, герой, ложь, правда, смерть, надо, вина… Эти состояния поступают в продажу только оптом. Любовь, например, продается сразу ко всем. Ясно, что стоимость партии для частного лица неподъемная, никакого времени не хватит всех любить, так что воленс-ноленс приходится разбивать на части и пускать в розницу...

Тем кому это интересно. Меня зовут Василий Якеменко. Год назад мне предложили возглавить группу из 16 человек исследующую феномен по имени «деньги». Мои отношения с этой таинственной социальной технологией можно считать рядовыми. Много лет я считал что «мне их не хватает». Потом наступил период когда я не знал «куда их девать». Потом «они закончились». Никогда не пытавшись понять что такое «деньги» я пытался их зарабатывать, ценить, откладывать, девать, одалживать и расстраиваться, когда мне их не возвращали...

Мама, а ты моя? Да. Это правда? Да. Мама, а ты еще и папина? Да. Это правда? Да. Мама, а ты сделаешь все что я захочу? Нет. Это правда? Да. И ты после всего этого моя? Да. Правда? Да. Я это когда-нибудь пойму? Да...

Беговая дорожка в комнате - это противоречие в терминах. Но кого волнуют термины если все хорошо? Пусть нет мудрой вороны, задумчиво посмотревшей вам вслед, пусть вместо голубого неба белый потолок, но нет и дождя и гололеда и вообще современный бег не про игру в салочки, не про улепетывание от тигра, а про калории. А про калории можно и в комнате. Беговая дорожка, этакий дистиллят бега, откупорила ящик Пандоры. И посыпалась из ящика новая жизнь - все хорошее, без всего плохого. А ящик, как вы знаете,...

Вопрос непростой. Вот больной становится здоровым, когда приходит медсестра, вынимает последнюю капельницу, приходит врач, жмет руку, больной выходит из палаты, последний раз идет по коридору, разглядывая свысока посетителей и больных ждущих приема, выходит на крыльцо, подставляет лицо первому летнему, зимнему, осеннему солнышку и топает домой. Все, теперь он здоров, но как быть тому кто здоров?? Как стать здоровым ему? Некоторым людям, особенно приученным в детстве к тревоге и неблагополучию, сложно признать, что они здоровы...