София Петрова \ Рассказы

— Маму похоронили без тебя, а теперь ты приехала её дом делить? Эти слова, словно острые осколки, вырвались у Нины, и она тут же увидела, как лицо сестры покрылось нездоровыми пятнами. Зоя стояла на пороге родительского дома, сжимая в руке дорожную сумку, а за её спиной, подобно хищной тени, топтался муж, Женя, его взгляд скользил по стенам, словно прикидывая, за сколько эту старую обитель можно сбыть с рук. Ровно сорок дней прошло. Сорок дней с того мига, как их мать покинула этот мир. Нина помнила тот февральский вечер до мельчайших деталей, до последней застывшей слезы...

– Что ты сказал? – голос Вики прозвучал тихо, с ледяной хрупкостью стекла, готового треснуть. Она стояла у окна гостиной, пальцы её мертвенно-белой хваткой сжимали телефон, и неотрывно смотрела на мужа, будто видела его впервые. Роман метался по комнате, как зверь в клетке, размахивая руками, лицо его налилось багровой, почти чёрной кровью. В этот миг он казался ей чужим до глубины души – воплощением той самой тени, которую она когда-то любила, но уже давно перестала узнавать. – Прекрасно понимаю! – рявкнул он, и его голос сорвался в хриплый лай...

– Что ты имеешь в виду? – Женя замер в прихожей, сжимая пакет из супермаркета, и на его лице отразилось искреннее недоумение. Инна стояла у окна гостиной, скрестив руки на груди. Вечернее солнце золотило комнату, но внутри у неё разрастался ледяной ком. Она только что заглянула в банковское приложение, и цифры на экране обожгли её сердце. Сумма, которую они копили месяцами на долгожданный отпуск у моря, таяла на глазах – почти всё исчезло. – Я имею в виду именно то, что сказала, Женя. На счету почти ничего...

— В воскресенье к моей сестре едем, она переезжает, надо мебель таскать, — Илья сказал это, разглядывая что-то в телефоне, даже не подняв глаз. Юля замерла с тарелкой в руках. Был вечер субботы, начало девятого. Она только что вернулась — в магазине, где она работала администратором, шла инвентаризация, и она пробыла на ногах двенадцать часов подряд. Ноги гудели так, будто их налили свинцом. — Илья, мы же в прошлые выходные у Марины целый день разбирали её гараж. — Ну и что? Теперь квартира. Не чужие люди, помочь надо...

— Это моя половина дома, и распоряжаться в ней будет тот, кто за неё заплатил, — сказала Маша, ставя чашку на стол так, что чай выплеснулся на блюдце солнечной каплей. Свекровь напротив только хмыкнула и поправила скатерть, которую сама же вчера принесла и постелила без спроса, будто бросая вызов самой хозяйке этих стен. Дом этот Маша с Семеном строили четыре года. Не сразу, по кусочку, по кирпичику, по заледеневшему фундаменту. Сначала фундамент, на который ушли все их сбережения и кредит. Потом...