Слово и Вера Λόγος και πίστης.

Этот вопрос перестаёт быть теоретическим в тот миг, когда в святом месте возникает «мерзость запустения» — событие, о котором предупреждал Иисус Христос. В этот день мир увидит окончательное раскрытие обмана. Но у верующего есть не только предупреждение, но и конкретный путь к спасению, подробно описанный в Библии. Прежде чем говорить о действиях во время скорби, важно понять судьбу истинной Церкви. Апостол Павел открывает великую надежду: «Потому что Сам Господь при возвещении, при гласе Архангела...

На следующий день, накануне Пасхи, Иерусалим ожил. Город был полон паломников, и среди них ученики Иисуса передвигались с особой осторожностью. Всё вокруг было окутано тайной и страхом. Утром Иисус призвал двух учеников — Петра и Иоанна — и дал им загадочное поручение. «Пойдите в город, — сказал Он, — и найдите мужчину с кувшином воды. Следуйте за ним». В Иерусалиме, где воду носили женщины, мужчина с кувшином был знаком, указывающим путь. Они нашли его и вошли в дом, где их встретил хозяин. От имени учителя, ученики спросил: «Где комната, где Я могу отпраздновать Пасху с учениками?»...

За два дня до Пасхи в Иерусалиме сгущались тени. Первосвященники и книжники, собравшись в тайный совет, искали способ схватить и убить Иисуса, но боялись народа. Их заговор был политичным и осторожным. Тем временем в Вифании, в доме Симона прокажённого, женщина совершила вызывающий поступок. Разбив алавастровый сосуд, она излила на голову Иисуса невероятно дорогое нардовое миро. Душный, царственный аромат заполнил дом. Среди учеников поднялся ропот, особенно от Иуды Искариота: «К чему такая трата? Можно было продать и помочь нищим!» Их возмущала рациональная нецелесообразность этого жеста...

После грандиозных картин космических потрясений и явления в славе Иисус обратил взгляд учеников к простому, знакомому образу. «От смоковницы возьмите подобие». Он указал на мирную растительность склона. Когда ветви смоковницы становятся мягкими и выпускают листья, ясно — лето близко. Так и они, увидев все описанные Им знамения (обман, войны, гонения, мерзость запустения, великую скорбь), должны понять: конец, Его пришествие, при дверях. «Истинно говорю вам: не прейдёт род сей, как всё это будет»...

После слов Иисуса о «скорби, которой не было», на горе воцарилась тяжёлая тишина. Ученики почувствовали, как земля уходит из-под ног. Картина страданий, которую Он нарисовал, казалась бездонной чёрной пропастью, концом всего. Но в этой точке мрака пророчество Иисуса внезапно изменилось — от тьмы к свету. Учитель произнёс: «Но в те дни, после скорби, затмится солнце, и луна не даст света». Слово «но» стало переломным. Ужас не был концом. После него наступит нечто иное, но это будет не успокоение, а космическая катастрофа...

Предыдущие слова Иисуса о гонениях и предательствах, сколь бы страшны они ни были, всё же оставались в поле человеческого опыта. Ученики могли представить себе суды и темницы. Но теперь тон Его пророчества изменился катастрофически. Воздух на горе словно сгустился, а Его голос приобрёл отзвук абсолютной, нечеловеческой важности. Он переходил от описания эпохи скорбей к указанию на её кульминационную, уникальную точку — событие, которое отделит всю предшествующую историю от последнего акта. «Когда...

Иисус говорил о войнах, землетрясениях и лжепророках, рисуя картину глобального хаоса. Ученики думали, что они — наблюдатели, островки безопасности в бушующем океане истории. Но тон Его речи резко изменился. Взгляд Учителя остановился на их лицах. Он сказал: «Смотрите за собой». Эти слова были новыми. Не «смотрите на знамения», а «смотрите за своими душами». Речь теперь шла не о судьбах народов, а о личной участи каждого. Отныне Иисус говорил не о том, что будет в мире, а о том, что произойдет с ними...

Тишина на склоне Елеонской горы была звенящей. Ученики, недавно восхищённые золотыми отблесками Храма, теперь с тревогой смотрели на Учителя. Они ждали ясного ответа, календаря грядущих событий. В их головах рождались апокалиптические картины: может быть, завтра? Или через год? Они жаждали чёткости, чтобы за неё ухватиться. Иисус же дал им не календарь, а принцип. Его слова прозвучали как предостережение: «Смотрите, не ужасайтесь». Он видел их внутреннюю дрожь и готовность впасть в панику. Первым делом Он призвал их к трезвомыслию...

Последние лучи заходящего солнца окрашивали Иерусалим в кроваво-золотистые тона. Они заливали ярким светом отполированные плиты из белого известняка. Это зрелище внушало ощущение нерушимого божественного величия. Иисус и его ученики покидали дворы Храма, оставляя позади поле недавней битвы, где были разбиты все аргументы первосвященников, фарисеев и саддукеев. Толпа гудела, воздух был пропитан запахом жертвенных животных, а напряжение оставалось неразрешённым. Тишина, наступившая во время диалога...

В современном мире многие ощущают внутреннюю пустоту, несмотря на внешние успехи. Это чувство не зависит от материального достатка или социального статуса. Люди пытаются заполнить пустоту разными способами: удовольствиями, карьерой, семьёй, зависимостями. Но эти попытки дают лишь временное облегчение. Христианство учит, что причина пустоты — потеря связи с Богом, для которого мы созданы. В Послании к Римлянам (5:1) говорится: «Оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом через Иисуса Христа». Через веру восстанавливается утраченная связь с Творцом...

Евангелист резко меняет ракурс, словно желая дать живой комментарий к словам обличения. Громкая речь, разящая лицемерие, стихает. Вместо неё храмовый двор наполняется металлическим звоном пожертвований. Иисус отходит в сторону и садится напротив ящиков для приношений. Он не Учитель, не Пророк и не Судия, а просто Свидетель. Пристально и молчаливо Он созерцает великую драму человеческих сердец, где цена монеты и ценность поступка — совершенно разные вещи. «Многие богатые клали много», — говорит евангелист...

Часто в мусульманских апологетических материалах можно встретить ссылки на Тертуллиана, якобы свидетельствующего об искажении Библии. Однако проверка первоисточника показывает, что цитата вырвана из контекста. При чтении полного текста становится ясно, что Тертуллиан утверждает прямо противоположное: он осуждает еретиков-гностиков (таких как Маркион и Валентин) за то, что те во II веке искажали христианские Писания для обоснования своего учения. При этом он защищает целостность и неизменность текста, которым пользовалась Церковь...