Таксист Валера 🚖

Моросящий осенний дождь превратил Москву в одну сплошную красную гирлянду стоп-сигналов. Дворники ритмично скрипели по стеклу — вжик-вжик, размазывая воду и грязь от впереди идущих машин. Я поправил дефлектор печки, пустив теплый воздух на лобовое, и потер уставшие глаза. Смена длилась уже десятый час. Спина ныла, правая нога затекла от постоянного переброса с газа на тормоз в бесконечной пробке на Третьем кольце. Навигатор светился фиолетовым — зона высокого спроса, кэф горел жирным. Но радости от этого было мало...

Дождь лил с самого обеда, мелкий, мерзкий, какой-то бесконечный. Дворники моей старенькой «Киа» уже скрипели, размазывая по лобовому стеклу грязную жижу с реагентами. Город стоял в девятибалльных пробках, навигатор светился красным, как воспаленный глаз, а счетчик выполненных за смену заказов уныло показывал цифру двенадцать. Для конца ноября и вечера пятницы — курам на смех. Спина ныла в районе поясницы. Правое колено, давно сорванное еще в молодости, дергало при каждом нажатии на педаль тормоза...

Дождь лил с самого утра. Мелкий, колючий, из тех, что пробирают до костей и превращают дороги в одну сплошную серую жижу. К шести вечера спина уже гудела так, словно я таскал мешки с цементом, а не крутил баранку. Правое плечо ныло на каждое переключение передачи. Дворники мерно скрипели по лобовому стеклу, размазывая грязь от встречных фар. В салоне пахло сыростью, резиновыми ковриками и моим пережженным кофе с заправки, который давно остыл, но я все равно продолжал делать мелкие глотки на светофорах...

Смена началась криво. Еще утром, когда я выезжал со двора, левое переднее колесо поймало хорошую яму, и теперь на скорости свыше шестидесяти руль начинал мелко вибрировать, отдавая неприятной дрожью в ладони. Погода тоже не радовала — типичный ноябрьский кисель. С неба сыпалась то ли ледяная крошка, то ли мокрый снег, мгновенно превращаясь на лобовом стекле в грязные разводы. Дворники скрипели, размазывая реагенты, и этот звук за восемь часов за рулем успел вгрызться куда-то под череп. Я припарковался у обочины, включил аварийку и налил себе кофе из термоса...

Дворники скрипели по лобовому стеклу с таким мерзким звуком, будто резали ножом старую резину. Дождь лил с самого обеда, не переставая, превращая город в серую, мокрую губку. К одиннадцати вечера я сделал уже двадцать заказов. Спина ныла, отваливалась поясница, а правая нога, казалось, намертво срослась с педалью тормоза. В салоне пахло сыростью, пыльной печкой и слегка отдавало пережаренным кофе, который я купил на заправке часа три назад. Стаканчик так и стоял в подстаканнике, остывший и никому не нужный...

К девяти вечера спина превратилась в один сплошной задеревенелый узел. Двенадцать часов за рулем по мокрому, ноябрьскому городу — это испытание не столько для машины, сколько для нервов. Дождь со снегом мел мелкой крупой, дворники скрежетали по лобовому стеклу, размазывая маслянистую грязь от встречных фар. В салоне пахло остывшим кофе с заправки и мокрыми ковриками. Обычный день. Обычная усталость таксиста, который мечтает только о горячем душе и тарелке Олиного борща. Приложение в телефоне булькнуло, показывая зону повышенного спроса...