Под кожей текстов

Книги 2026 года соответствуют трендам и всё чаще говорят не о «больших идеях», а о частных судьбах: одном ребёнке, одной семье, одном выборе, одном внутреннем переломе. В этой подборке — самые разные истории: от философской детской сказки до постапокалипсиса, от камерного романа о памяти до фэнтези, навеянного древним Китаем. Издательство: Самокат Жанры: детская литература, философская притча Это история о мальчике, который ещё не родился — но уже очень хочет жить. Адем появляется в мире как двенадцатилетний ребёнок-призрак в момент случайной встречи двух молодых людей — Вацлава и Зденки...

Эта статья основана на анализе покупок бумажных книг за 2025 год и данных из материала Forbes о самых продаваемых художественных книгах года. Если коротко: читатель многое понял про жизнь — и сделал выводы. Продажи новых бумажных книг в 2025 году довольно однозначно показывают первый и самый очевидный тренд — тотальный побег от реальности. Мир вокруг нестабилен, сложен и плохо поддаётся прогнозам, поэтому читатель всё чаще выбирает литературу, где: Отсюда — популярность уютных, жанровых и «безопасных» миров: Читатель всё чаще хочет историю, а не напоминание о том, как всё сложно...

Если последние пару лет вам всё чаще хочется читать не «чтобы страдать и думать», а «чтобы стало чуть легче дышать» — вы не одиноки. На этом желании и выросла популярность филгуд-романов. Филгуд-роман (от англ. feel good — «чувствовать себя хорошо») — это литература, цель которой не разбить сердце, а аккуратно его подлатать. В них много уюта, человечности и надежды. Даже если героям тяжело, читателю — нет. И финал обязательно будет таким, после которого хочется закрыть книгу с мыслью: ладно, жизнь всё-таки не безнадёжна...

В 1960 году во Франции писатель Раймон Кено и математик Франсуа Ле Лионнэ решили, что литературы слишком много, а возможностей у неё — слишком мало. Так появился УЛИПО — OUvroir de LIttérature POtentielle, то есть «Мастерская потенциальной литературы». УЛИПО — это не литературное течение, не школа и не художественный манифест (так они сами о себе говорили). Это был лабораторный стол, на котором литературу разбирали на детали и собирали заново — по формулам, алгоритмам и правилам, заимствованным у математики...

В 2008 году вышла книга Planet Narnia: The Seven Heavens in the Imagination of C. S. Lewis. Автор — Майкл Уорд, один из самых известных исследователей творчества Льюиса, к тому же священник и академик. И вот что он утверждает: семь книг «Хроник Нарнии» соответствуют семи планетам, известным в Средние века. Не астрономии в нашем понимании, а средневековой космологии — с её символами, мифами, богами и характерами планет. Юпитер, Марс, Солнце, Луна, Меркурий, Венера и Сатурн — не просто небесные тела, а целые мироощущения...

Артур Конан Дойль был человеком невероятно деятельным. Слишком деятельным для того, чтобы мир запомнил его только по одному персонажу, так что мне за него даже обидно. Он был врачом, охотился на китов (экзотично), воевал в Африке, катался на лыжах, расследовал реальные преступления, баллотировался в парламент (дважды, и оба раза мимо), получал рыцарское звание, дружил со знаменитостями и — внимание — всерьёз занимался оккультизмом, тратя на духов, фей и загробный мир почти все свои деньги и нервы...

Подписывайтесь на мой канал Литературный котел — обсуждаем книги там. «Он просил говорить шёпотом. Громкое дело о тихом насилии в семье Пелико» Издательство: Эксмо Автор: Каролин Дарьен История, за которой следил весь мир. Доминика Пелико поймали в супермаркете, когда он заглядывал девушкам под юбки — и это стало лишь вершиной кошмара. При обыске полиция обнаружила записи изнасилований его жены, Жизель, которую он годами угощал наркотиками, приводил в дом мужчин и снимал всё на видео. На скамье подсудимых оказались более пятидесяти человек...

Признаюсь сразу: я обожаю злодеев. Локи? Да пожалуйста, два литра. Ганнибал Лектер? Я променяю на него всех реальных мужчин. Харизма, стиль, драматичность, подколы — ну как тут устоять? И чтобы не мучиться в одиночестве с этим вопросом (а также понять, всё ли со мной нормально), я попросила двух знакомых психологов объяснить, почему читатели и зрители так часто выбирают сторону «тёмных». Хорошим героям мотивы особо не нужны. Ну спасает он мир — молодец, спасибо, такое в каждом фильме и книге. А вот...

(Кроме чувства, что вам срочно нужен твидовый пиджак, латте в бумажном стакане и эмоциональная травма от чтения древнегреческих трагедий.) Если говорить совсем честно — это термин, который никто официально не утверждал (я не смогла найти почти никаких литературоведческих материалов на эту тему). Он вообще не из словарей. Он родился примерно в 90-х, когда вышла «Тайная история» Донны Тартт, и люди такие: «О, так вот этот вайб называется как-то?». Тартт, конечно, не изобрела жанр, но собрала в одну книгу такую концентрацию признаков, что с тех пор мы говорим: да, это оно — DARK...

Вы когда-нибудь замечали, что чем реалистичнее выглядит персонаж, тем тревожнее он кажется? Где-то между человекоподобным существом и человеком пролегает зловещая долина — зона, где сходство вызывает не восхищение, а отторжение. «Эффект зловещей долины» — это гипотеза о том, что робот или любой другой объект, который выглядит или ведет себя как человек, вызывает неприязнь и отвращение у людей-наблюдателей. Пугает не само сходство, а отклонение от нормы — например, заторможенная мимика или неестественная улыбка...

Первым фанфиком считается произведение Роберта Генрисона «Завещание Крессиды», написанное до 1492 года. В его основе — поэма Джеффри Чосера «Троил и Крессида». Генрисон решил заполнить сюжетные пропуски в оригинале и дописал историю героини. Так появилось то, что сегодня мы называем фанфиком — текстом, в котором автор берёт за основу уже существующее произведение, но создаёт свою версию событий. Авторы фанфиков пользуются так называемыми канонами — оригинальными текстами, на которых строится фанфикшен...

Когда речь заходит о жанрах, мало что вызывает больше споров, чем термин «спекулятивная фантастика». Одни считают, что это просто зонтичное определение для всего нереального — от научной фантастики до фэнтези и ужасов. Другие уверены: спекулятивная фантастика — это особый, почти философский тип литературы, где фантастическое нужно не ради зрелищ, а ради размышлений. Термин появился ещё в 1947 году — его предложил Роберт Хайнлайн, классик научной фантастики. По его словам, спекулятивная фантастика — это не о ракетах и роботах, а о реакции человека на изменения, которые несут наука и технологии...