Чёрный Предел

Он шел по отдаленной дали, и впереди, и позади его, было безлунное зеркало, вознаграждающее всех светом истины, и пиком мудрости которая охраняла закон. Только свет был внизу и вверху, и везде где ступала мягкая лапа молодого вэйда. Везде свет заливал этот нескончаемый поток. Мысли, что приходили ему в этот момент были стремительными, но поддавались логике: — Сегодня, не так как обычно, и воздух пропитан некой злобой. Которую все чаще стал чувствовать под ногами. И некий злобный взгляд смотрит на меня с той стороны Света, где должно быть Море...

Слышу голос я, голос времен, Без поддержки его я бессилен. Кто я? Ферзь, без цветов и знамен, Или конь, что проносится мимо? Ни знамен, ни изменений. Кругом, сплошные тайны, познать которые мы не вправе. Есть лишь картины, любоваться на которые можно без опаски, но вмешиваться не принято. Они полны силы, полны предзнаменований, и сила их безгранична. Ни в коем случае, потому как нет у этого обозрения ни автора, ни хозяина. Есть единственное, что отделяет нас друг от друга. Обязательства. Известно...

Мы не знали тогда, что есть сон, что есть явь, Все единым безмолвием было внутри. Отголоском времен полоснуло в душе, Вспомнить только нельзя о забытом пари. Что есть сон, посреди яви? Что есть навь? Все пустое. Но, сны не снились мне давно. И все же, забыться сном порой, прекрасное развлечение для утомленных умов. В период, когда не отвечаешь за свои действия, мысли, способности не контролируешь, проносится все буйство красок. Раскрывается характер: все теневые и не вполне заметные оттенки души, все проносится перед глазами без остатка...

День первый Устремилось море к вершинам лазурного брега вод Сатоп-Амон-Чи. Стремилось море закрыть собой все вокруг на много дюн, и море это было Бездною Неизреченной. И также, как человеку мешает мыслить болезнь, море сие пожирало мир, подобно проказе. И не было спасения от него никому из живущих вне. Ненасытный аппетит, множество клятв и признаний, ничто не могло уберечь мир от непосильной, и постоянной верины. Волею которой, обязан был каждый сущий во небеси, и каждый приходящий по земле, отдать все, ради чего и жил, что смог нажить, и чего не было у того никогда...

Кто смотрит в Бездну,- сам начинает походить на нее, внутренне, и внешне, олицетворяя имя её, и голос пустоты воцаряется во душе его, становясь единственным мнением. Одинаков глас вечности во всех, коснувшихся её. Для кого то, голос наш, является сумасшествием, и отождествляет не более, чем страхи, и скрытые патологии внутри сущности. Они начинают верить, что ими глаголет Бог, или сам Диавол. Если личность переживает это не в первый раз, она начинает пытаться использовать эту практику страдания, в пользу приносящую...

Первый день: Я — Саэрон, основатель нерушимого брега, названного Бездной Огненной. Мы берем свое начало от перворожденных, от великого Древа, что пустило корни свои у Истока чёрных вод. Первоначально, были созданы мы по образу и подобию первых существ, населяющих дом наш. Но будучи преданы клятве, растоптаны сильнейшими из породивших нас, путем интриг и противоречий, утратил дом наш свободу, истинное значение, и силу. Никто не может утверждать, что первым взяло начало в сотворении сущего всего...