Мои операции.

Онкологи во Всеволожской поликлинике всегда относились с пониманием и шли на встречу, исходя из возможностей системы, конечно. За мной закрепился псевдоним «МолодаяСраком». -Тут к тебе подойдет та «МолодаяСраком», выпиши ей направление без очереди; -«МолодаяСраком» подойдет, надо бы анализы обновить быстро, на операцию не успевает -«МолодаяСраком» 0-57 занесет, сможешь быстро зарегистрировать? Мир онкологов достаточно узкий, вероятно, в районной поликлинике нашего маленького городка все знали о затянувшейся неудачной диагностике в Диспансере и отрабатывали карму коллег, всячески способствуя организации дальнейшего лечения в других больницах...

Вернулась домой человеком, уверенным, что смогу жить как раньше. В целом, так оно и было. Если не считать нюансов: 1.Левая рука не поднималась выше груди, правая рука не поднималась совсем. Помню, как стояла перед дверью в подъезд и тупила, так как просто не могла ее открыть. Даже взять чашку чая правой рукой стало проблемой. Из этой ситуации извлекла плюсы- впоследствии проблемы с рукой стали основанием для получения инвалидности. 2.Грудь продолжала адски болеть, я все еще ее не ощущала. Забегая вперед могу сказать, что своей она так и не стала. Если кто-то попросит задрать футболку и показать-ноу проблем...

Перед тем, как я покину стены больницы РАН, хочу оглянуться на тех женщин, которые разделили со мной эту участь. С кем-то поддерживаю отношения до сих пор. Больница РАН не первая больница в моей жизни. Еще раньше я поняла, что лучший психолог это соседка по палате. Вы обе знаете, что после больницы не увидитесь, и рассказываете друг другу все. Все, в чем не признаться мужу, любовнику, маме, подругам, самой себе, здесь смакуется, прокручивается и обсуждается долгими бессонными ночами. Проговаривая ситуацию, проблему, начинаешь смотреть нее иначе, и на себя со стороны. Иногда сравниваешь себя с другими, очень часто сравнение не в твою пользу...

Потянулись долгие дни ожидания выписки. Медленное и тягучее ожидание выписки было с лихвой разбавлено болью во всех частях тела, а также паническими атаками в ожидании химиотерапии, ужаса рецидива и прочей нечисти. Я не плакала и не собиралась. Просто в очередной раз ела мыслями «Почему именно я?» и «За Что?». Перевязки в этой клинике оперирующий хирург делал лично. Первый раз я еще не знала что это такое! Чтобы разрядить обстановку, М.И.К. многозначительно подмигнул «Сейчас будет шугаринг» и мощным рывком дернул пластыри от бинтов. О да! Девушки поймут. Экзекуция на этом не была окончена....

В день операции нельзя было ни есть, ни пить. На ноги с трудом натянула белые компрессионные чулки, и принялась ждать. Прощалась со своей мягкой, нежной грудью. Все утро валялась на животе, так как знала что минимум два года эта опция потом будет недоступна. Ожидание тянулось до 14 дня. В операционной было холодно, адски холодно. На узеньком столе я лежала совсем голая. Руки развели в стороны, как будто распяли. Как всегда, шутили анестезиологи с медсестрами. Зашли хирурги. Мой любимчик, М.И.Н. подошел ближе и подмигнул. Я пыталась пошутить в ответ «Две сиськи по цене одной!»(Платила только за одну, операция на больной груди была по квоте) И провалилась в забытье, в мертвый сон...

Надо сказать, что это больница была одной из лучших, в которых я бывала как в плане комфорта, так и психологического настроя. Палата была на двоих, а на две палаты отдельный душ и туалет, даже снабженный туалетной бумагой и жидким мылом. Душевные, по-домашнему заботливые медсестры и санитарочки жалели пациентов. Окна коридора выходили на парк, по которому бегали с утра сторонники ЗОЖ, ездили велосипедисты, гуляли мамы с колясками. На посту медсестры флиртовали с хирургами. Хирурги, как из сказки А.С.Пушкина, дали бы фору тридцати трем богатырям. Стройные, подтянутые, спортивные, с белозубой улыбкой, интеллигентным таким чувством юмора, тактичные, внимательные, обаятельные...