Немой на понтах

Знаете, есть такое выражение: «Ближе к телу, как говорил Гиппократ». В моём случае это выражение приобрело новый смысл, когда на следующее утро после смотрин в дверь нашей комнаты постучался посыльный в богатой ливрее и вручил мне приглашение на обед к князю Всеволоду. Лично. В его временную резиденцию в Академии. — Это ловушка, — немедленно заявила Ярослава. — Это возможность, — возразил я. — Это ловушка, в которой тебя убьют, — упрямо повторила она. — Если бы он хотел меня убить, проще было бы подослать наёмников ночью...

Знаете, есть такое выражение: «Учёба — свет, а неучёных — тьма». В моём случае учёба оказалась не просто светом, а целым прожектором, который высветил всю мою профнепригодность как мага. Я, конечно, и раньше подозревал, что из меня волшебник как из навоза пуля, но чтобы настолько... Первый учебный день начался с того, что мы с Глебом чуть не опоздали на лекцию по теории магии. Ярослава подняла нас затемно, хотя нам, студентам, можно было поспать подольше. Но она заявила, что «воин должен вставать...

Вы когда-нибудь пробовали быть шпионом? Я вот раньше не пробовал. В моей прошлой жизни максимум, что я мог — это подслушать разговор начальника у кулера, делая вид, что наливаю воду. И то меня однажды спалили, и я полгода ходил в отказниках. А тут мне предлагают вести настоящую разведывательную деятельность в академии магии, где каждый второй умеет читать мысли, а каждый третий — становиться невидимым. И моя единственная суперсила — это умение слышать, как растёт трава, и способность договариваться с кредиторами...

Дорога до Академии заняла два дня. Два дня тряски в телеге, два дня попыток не свалиться с сена, два дня непрерывных стонов Варвары, которая всё никак не могла простить себе утраченный окорок. Плющихин оказался мужиком компанейским — на привалах делился едой, травил байки и даже разрешил Ульяне порыться в его товарах в обмен на обещание ничего не красть. Лиса, конечно, поклялась, но я видел, как её руки чешутся при виде блестящих безделушек. Пришлось посадить её между мной и Ярославой, чтобы контролировать...

Знаете, что общего между переездом в другую страну и подготовкой к отъезду в средневековую академию? Правильно, и там и там выясняется, что у вас есть куча хлама, который вы копили годами, и который на фиг не нужен, но выбросить жалко. Только в моём случае этот хлам — не старые джинсы и коллекция дисков с «Нирваной», а дедовы доспехи, которые пахнут нафталином так, что трава на поле вянет, и сундук с какими-то древними свитками, которые при ближайшем рассмотрении оказались любовными письмами к неизвестной боярыне...

Знаете, есть такая категория людей, которые искренне верят, что если ты умеешь делать что-то сам, то автоматически можешь научить этому других. Я всегда подозревал, что это заблуждение, но никогда не думал, что проверять его придется на собственной шкуре. И уж тем более не думал, что моими учениками станут сын местного олигарха, который боится собственной тени, и я сам, который боится Ярославу больше, чем всех кредиторов вместе взятых. Утро после знакомства с Глебом началось с того, что я обнаружил Глеба сидящим на моем крыльце с огромным букетом каких-то трав...