ОСТРОВ ОСТРЫХ ОЩУЩЕНИЙ

Что может быть лучше живописного заката, теплого золотистого песка под ногами и шелеста волн, лениво накатывающих на берег? Только ощущение свободны и безграничного покоя. Усталость последних дней будто смыло ласковым прибоем. Небо над морем пылало ярко-вишневыми красками. Ник и Джуди сидели на берегу, окунув лапы в воду. Джуди завороженно наблюдала за заходящим солнцем, склонив голову Нику на плечо, а он боялся шевельнутся, чтобы не разрушить этот замечательный момент. Лис глядел на подругу, любовался ее мордочкой и ее красным платьем, придававшим Джуди особый шарм...

— Только целуй в губы, иначе не сработает! — посмеиваясь, напутствовал Ангус. Лису потребовалось несколько секунд, чтобы совладать с биением сердца. Ради Джуди он был готов на любое безрассудство. Даже на поцелуй...

Ник открыл глаза. Он лежал на холодном каменном полу. Дернув лапой, почувствовал ноющую боль в колене — приземление оказалось не самым мягким. Сев, Ник потер ушибленный затылок. Повернув голову, увидел Поберта. Тот спал, как младенец, положив под щеку Ников хвост. Лис скривился: ну это уж слишком! Выдернув хвост, Ник вскочил и огляделся. Он находился в круглом подземном зале. Вентиляционные решетки на потолке шумно втягивали воздух. В стены были вмонтированы толстые прозрачные панели, за которыми пульсировала горячая лава, бросая пляшущие отблески на пол...

Смеркалось. Солнце, уже коснувшееся зубцов горного хребта, окрашивало небо в багряный цвет. Длинные тени пальм вытягивались, превращаясь в причудливые силуэты. В воздухе повисла густая, почти осязаемая тишина, нарушаемая лишь шорохом листвы под ногами. Не в силах больше идти молча, Ник подал голос: — Расскажи-ка, Поберт, как ты сбежал из тюрьмы. — Тебе правда это интересно? — бросил через плечо Рысевич. — Спрашиваешь! Вдруг пригодится? — У отца была особая пилюля. Он мне велел незаметно проглотить ее во время ужина...

Услышав треск веток и чье-то шумное дыхание, Ангус испуганно вцепился в ближайшую пальму, а Серый грозно зарычал. Одна только Джуди не испугалась; она подняла уши и взволнованно позвала: — Барсукот, это ты? Но когда из кустарников вылетел взмыленный и ободранный Ник, надежда на ее мордочке сменилась полнейшим разочарованием. Признав друзей, Уайлд радостно захрипел и, выдохнув, упал навзничь. — Ты чего? — спросил Серый, с интересом склонившись над ним. — За тобой кто-то гонится? — предусмотрительно поинтересовался Ангус, зорко глядя по сторонам...

— Барсукотик, ты где?! Отзовись! Ау!! Ребята, быстрее! Не отставайте, прошу! — подгоняла друзей крольчиха и снова окликала пропавшего друга. Дыхание зверей сбилось от волнения и быстрого шага, пот застилал глаза, а лапы больно колола жесткая, нагретая на солнце, трава, но отважные путники старались не отставать. Даже вечно недовольный Ангус помалкивал. Все переживали за Барсукота. — Может, стоит поискать его возле того озера? — тяжело дыша, спросил Боуди. Он уже давно избавился от своей кофты, повязав ее вокруг головы, наподобие тюрбана, чтобы не так напекало макушку...