Цикл «К»

"в поддавки" быть слепым глупцом куда приятнее, чем забивать голову прокладыванием грамотного пути. тебе кажется, иногда я куда понятнее, чем можно вообразить. дело, суть, фишка и тонкость в том, что искать ответ приблизительный - самая глупая из ошибок. парадокс на то позарительный, что его мягкость требует одобрения, твоей персональной игры в поддавки. 16.1.21

«Если я потеряю тебя нечаянно» Если я потеряю тебя нечаянно, (Ведь специальное невозможно вовсе), Мне не хватит всех грустно-любовных печален, Чтоб хотя бы попробовать от тебя откричаться, распомнив всё. Я заставлю жизнь заново не начаться, Никаких назад, никакого лестного «снова, наивное, дурочка» - Мелочи. Вся любовь - она в просьбах, Текущих от мелких и до больших. И я помню их поэтапность детскую: Сначала страшно, зачем было больно Просить тебя хотя бы взглянуть в меня: -ты не смотришь, ну почему не смотришь? -я сказал, что боюсь твоих глаз. Больно, но, почему то довольно мне. Шли дни, недели, тугие сухие месяцы, Мне нравилось ждать «не ждя» : ⁃ ты где, неважно, давай выезжай. В шнурках путаюсь, боюсь лестницу, Но через секунду с ресницами, Я, радуга после дождя, готовая выезжать. Потом были дни, короткие, смачные… Как удачные фотокарточки исподтишка. Я давала ломать как крекер меня Ломтями. Укрывалась из под тебя… Макияжной стойкости двое суток, Мой желудок пуст и не помнит пищи. Но я пишущая и слышу, (какое счастье!) Твои вдохи-выдохи, пока теплый ты рядом спишь и Мой декабрь, не наш; мой собственный! Черный, как ночь из палатки пьяная, Такой горький, такой холодный И я в нем, стараюсь, хоть чуть нарядная. После надцати четверостиший, Несу твой виски стаканом в кармане, Не чувствую ничего, ничего не слышу. В нем еще холоднее, в моем аркане. Долгий автобус, утро белое, как текила: Не тебе проиграла, а ее не победила. Просьбы зрели к чему-то нищему, Хотелось быть копией-файлом, Ты бы нас перепутал и я прилипшая До конца бы, как с клятого сканера. Я уже рисовала, умела смотреть громоздко, Но была все таки пустоглазой, И писала трагично, хлестко, коростой Лепилась к бледной горячей коже, Скажи, больно было меня отдирать, а? Я хотелась такой хорошей, Но не привлекательна фаза была Без драмы, жести и без нытья. Потом были годы. Два чертовых страшных года. В которых мне от тебя - футболка, Плохая погода, овсянка и пара рифм. Я больше пуглив, неприхотлив, Граненый чужой жестокостью твой архив. - Снова я здесь, иду к тебе, чуть дышу Скриншочу геопозиции, Не верю, не думаю, не хочу А просто иду, читаю нас как транскрипцию. Ты теплый, такой же дурацкий, в рубашке. Пахнешь хлопьями с маслом горелым, И я как будто все еще жду отмашки, – Взрослая, глупая, смелая. 17.2.24

«Бездумная любовь» Бездумно любив, оступаясь из раза в раз, Они - никакие мы: Зверели оба,гнули любви каркас, Все тянули хрупкие прутья в стороны, Мы бежали в любых направлениях, Лишь бы вызвать сопротивление: Слабый-мелкий страх потерять, И огромный верить: Он все скомкивал, постепенно Мы одуревшие были выгнаны от и до. У меня все с титрами, у него все пьесами: Я слабеющая Все помню уже нечетко Кроме запахов, пыли июльной, нас. Я все жгу еще, ты - навряд ли узнаю как. Хриплым голосом, сиплым хохотом, Горькой-глупою, мазохистом, Произносим твое любимое: Все финита, без закулисья. Очередное спасибо, К. 25.11.25

«Оттень» Балконным хламьем заставлены всклянь мои мысли: Очиститься бы. Обесмыслить и выразить Все чушь и весь звон, что затеян зря, В числах и прописях! Выстоять на гвоздях и ножах хоть час, А нажав у виска не выстрелить. Девочка-маечка все равно, что флакон погасший. По висилицам веселиться не вздумалось бы! Крутой бледнолицый или поджарый красавец , Да в иглах чернилами разумазанный — Нравится - кается. Пигалица совсем ещё. Дурочка, журнала осмосья морда. Вымойся да замерзни. Хрома да зелёна ещё, чтобы на босу ногу Тянуть Каблуки и чулки. Дылда, долбящая по металу битой и словом, Что под подушкой рифмовано от бессонья. Выгоревшая, протертая да беспомощная В пепел себя ну никак не дотрет, А хочется и скулит под рёбрами Стоками, сотканая в мелкий рубец душа. Изумотана, выдрана в мокрые клочья. Хочет просит и воет, гогочет В горшочке замочит хлопья И точит востро любой лепесток Что до точек доходит убогой походкой И навзничь грохочет набором на суп, Островочек теплом убаюканый Он. Он просит никаких точек. Глоточек свободолюбивому горлу И в прочерки ночи. В коих каких Рубцами и дережаблями шрамов Кучи, стучит молоточком В темечко от боли, пустот, неможи Вечно жить за проблемами Не захочешь ещё разок, Заруби голосочек треска От жести до малой лести Беспомощны и осторожны. Оттень. 18.10.21

«О любви» Я ждала тебя годами, Не боясь признавать поражение Во времени скоротечном есть плюсы, И теперь его отражению Мы волнуемся друг друга не потерять, Грустно Было бы, если это наигранной Скудной ложью Полно, что все истинно, честно Довольно с нас мышек-кошек И уходящих обидою гономонных Неряшливых искаженных проповедей Отряхнувшись от любви дна паршивого Ты даешь мне понять и руку: С тобой моя слабость есть сила, А прежде - была лишь мука, Быть булатной и ко всему готовой, Как иронично, что это теперь лишь отмель Дней прошедших, которые, Верю мы уже завтра не вспомним. Отметив нас главной историей Второстепенных героев с поля Вымести вместе легко и Так по гадкому здорово. 10.9.23

Я лижу щекой твою спину, Отвоеванную у всех несчастных: Наизнанку вынутый, Жарко и Язык прилипает к небу гадко так. Пахнем Трамвайными остановками, Где я никогда не выхожу, Где я не стою, не жду. Горелым, душным скарбом И самой дешевой парфюмерной маркой, Я купила их Чтобы пахнуть тобой, ну а лучше нами. Дружу С твоими друзьями и тараканами, Хожу К тебе на полстакана невкусного чая, Остывшего, который вообще не люблю. И курю. Потому что с тобой курю. Другая же Сидит у тебя в коленях, Спит у тебя в кроватях, Пока мои пальцы деревенели Написать тебе что-то злое-едкое, Или просто «хватит». А сейчас же Ты готовишь нам завтраки, Полдники, ужины: (Вот же мы) Подметаешь мои полы, Протираешь мои подоконники От кошачьей шерсти. Наедаешься моей желчью И орешь как резаный по углам. Все досталось нам, Все досталось нам. 17.10.24