🏠Битва за недвижимость

Ирина нервно поправила выцветшую занавеску и взглянула на треснувший циферблат настенных часов. Пятнадцать минут до приезда Сергея с его адвокатом. Она представила его — высокого, уверенного, в дорогом пальто, с этой его привычкой слегка приподнимать подбородок, когда собирается кого-то раздавить. На кухонном столе лежала папка с документами — потертая, с аккуратно приклеенным корешком. Пять лет сбора квитанций, выписок и распечаток. Пять лет жизни после предательства. — Мам, я пошёл, — Миша, четырнадцатилетний худощавый подросток, появился в дверном проёме с потрёпанным рюкзаком...

Ирина заглянула в почтовый ящик, достала конверт с квитанцией и машинально положила его в сумку. Двадцать три года вместе с Олегом приучили её экономить каждую копейку. Особенно последние месяцы. Поднявшись на пятый этаж, она замерла у двери, слыша громкий разговор мужа по телефону. Голос звучал странно — так бывало после встреч "с коллегами", от которых возвращался с запахом крепких напитков. — Да решу я проблему, сказал же! — донеслось из-за двери. — Через неделю всё будет. Когда она вошла, Олег вздрогнул и поспешно сбросил вызов...

Светлана поставила размашистую подпись на последней странице документов о разводе и только тогда подняла глаза на мужа. Олег сидел напротив, теребя дужку очков – привычка, от которой у неё раньше теплело внутри, а теперь тянуло отвернуться. – Ну вот и всё, – произнесла она, чувствуя не горечь, а странное облегчение, будто сбросила тяжёлый рюкзак после долгого пути. – Да, – кивнул Олег, не глядя на неё. – Надеюсь, мы сможем остаться... – Друзьями? – Светлана усмехнулась, вспомнив, как три месяца назад обнаружила в его телефоне переписку с коллегой...

Я смотрела на экран телефона и видела, как тётя Валентина поправляет причёску. Движение такое знакомое — точно так же она делала, когда объявляла мне в детстве, что мороженое я сегодня не получу. За тем же кухонным столом, только стол теперь покрыт другой клеёнкой. — Валя, но я только закончила ремонт в спальне... И вообще, у меня планы. — Планы! — фыркнула тётя. — У всех планы. А у бабушки последнее лето может быть. Последние десять лет были у бабы Зины "последними". Тётя произнесла это с таким...

Телефон Светланы завибрировал на столе. — Мам, ты это видела? — Антон стоял в дверном проеме с бутербродом в руке. Светлана взяла телефон. Сообщение от отца: «В субботу ждем на ужин. Важный разговор». — Опять, — вздохнула она, откладывая телефон. Антон сел напротив, крошки от бутерброда падали на стол. — Не езди, — сказал он. — Каждый раз одно и то же: дед выпрашивает деньги, а эта его пассия сидит с недовольной физиономией. — Не начинай, — Светлана встала и взяла тряпку. Движения были автоматическими, как и вся ее жизнь последние годы...

Анна поставила чашку так резко, что кофе выплеснулся на скатерть, оставив тёмное пятно на белой ткани. Точно такое же, как то, что растекалось внутри всякий раз, когда звонила свекровь. Сегодня был уже третий звонок от Маргариты Павловны за неделю. — Представляешь, — Анна смяла салфетку, промокнув пятно, — теперь она племяннице Ксюше пообещала мою квартиру. На полгода. Бесплатно. Игорь даже не поднял глаза от ноутбука. За пять лет брака он выработал защитную реакцию на любой разговор, начинающийся со слов «твоя мама»...