Тепло рядом

Ты не имеешь права запрещать мне видеть внука», — произнесла свечевь, и Наташа почувствовала, как что-то внутри нее окончательно ломается. Не от этих слов. От тона. Спокойного, уверенного — как человека, который уже давно решил, что он здесь главный. Наташа стояла у плиты и медленно помешивала суп. Руки не дрожали. Голос, когда она ответила, тоже был ровным. — Я ничего не запрещаю, Валентина Петровна. Я прошу — позвонить заранее. — Это мой сын. Мой дом. Я приду, когда захочу. Наташа обернулась. Свекровь сидела за кухонным столом с таким видом, словно это она здесь хозяйка...

— Ты понимаешь, что это оскорбление? — тихо, но очень чётко произнесла Наташа, держа в руках свёрток. — Это не подарок. Это издевательство. Свекровь Зинаида Павловна поправила руки на груди и посмотрела на невестку с видом человека, которого незаслуженно обвиняют. — Я же от чистого сердца, — протянула она. — Молодёжь нынче совсем неблагодарная стала. Наташа опустила свёрток на стол. Медленно. Аккуратно. Чтобы не сказать лишнего. Причины, по которым накопились дополнительные накопления — на три года вперед...

«Танечка, ну ты же понимаешь — это семейное дело, чужих здесь не держат», — сказала свечь, и Таня наконец поняла, что три года работала на чужих условиях в собственном магазине. Она стояла за прилавком, пересчитывала вечернюю выручку и очень хотела, чтобы это была оговорка. Но Раиса Андреевна не оговаривалась. Никогда. — Какой чужой? — переспросила Таня, не отрывая взгляда от купюра. — Ну, Катя твоя. Продавщица. Девочка хорошая, я не говорю. Но у меня племянница Оля без работы сидит уже четыре месяца...