Люди на моем пути.

Я обещал написать о нем когда-то, но тогда еще не достиг тех вершин творчества, как сейчас. Надеюсь, сейчас получится. И прошу прощения у вас за многочисленные технические подробности, без них мне просто никак. Ведь это тогда была вся наша жизнь. Постараюсь максимально просто. Итак. Я давно заметил, что евреи тундры отличаются от просто городских, тем более от тех, что постоянно шастают сейчас в телевизоре. Очень возможно, что разница просто огромная, как между белым полярным волком и питерскими подвальными крысами...

Хочется о хорошем. Ну, хотя бы о женщине, которая много лет назад проходила мимо меня. Надя. Никто о тебе не напишет, ты ведь не светская львица. А я могу. Широкое лицо, всегда в конопушках. Хрипловатый голос. Неудавшаяся личная жизнь. И - нормальная, компанейская девчонка. Всю жизнь – секретарша в разных наших экспедициях. После Антарктиды я ушел от них. Потому что там, на старом месте, обещал вернуться, наладить гравиметры, и отработать с ними в Обской губе. На кость кинули меня там. Мы уже загрузили...

От дурной политики ухожу в лирику. Слушайте. Год где-то в районе 2010-го. Аляска, Ном. Уходим в Чукотское море. Только гравика, все, как всегда. Не все. В первый же день, за едой в кают-компании, почувствовал чей-то взгляд. Откуда? Потом еще один удар, и я его поймал. Окно, куда отдают грязную посуду. Доел, принес тарелки. Из этого окна на меня смотрела Шер (Cher). Иствикская ведьма. Вылитая она. Но не актриса, и не режиссер. Посудомойка, она же уборщица. Лет сорок. Так когда-то, в молодости, на меня смотрела моя жена...

Вот не знаю, хорошо о нем писать или плохо. Ведь он единственный остался из северян, кто помнит меня. И поздравляет меня каждый год с днем геолога. Первое воскресенье апреля. А я уже даже забываю иногда про этот свой праздник. Некого поздравлять. Иных уж нет – а те далече. Двое живых осталось, и те меня отвергли. За то, что я сумел, а они так и не увидели островов в океане. А я ведь звал их с собой, когда у нас был недобор операторов. Сашку (другого) точно звал. Андрюху – нет, он уже полуслепой сидел на даче, и пытался ходить по лесу с помощью наручного навигатора...

И про мое единственное грехопадение. Он считался у нас незаменимым специалистом по дооборудованию самолетов под наши цели. У нас был ИЛ-18 (бывший личный самолет Косыгина), и несколько дряхлых ИЛ-14. Незаменимый, потому что он был еврей. Только еврей мог пройти все эти ведомственные заморочки, и получить разрешение на прокладку наших кабелей и воздуховодов, на установку на корпусе самолета необходимых нам датчиков. На вырезание дырки прямо над кабиной для того, чтобы воткнуть туда антенну первой спутниковой навигации...

Единственный из англичан, который мне понравился с первого взгляда. Низенький, толстый, обритый налысо человечек. При этом – как шарик ртути. Не удержать, не остановить. Все равно укатится. Лет 60. На сейсмических судах он работал в должности самого главного человека. Иногда был даже главнее капитана. Называлась эта должность почему-то “клиент”. После первого прилета на Мадагаскар меня поселили в интересной гостинице. Номера – это отдельные маленькие домики в саду. Из деревьев я там узнал только банан, по его плодам...