Подборочка "Ужастиков"

Дождь барабанил по крыше «Старого Фермерского Дома», превращая утро в сумерки. В кухне пахло жареным беконом и чем-то глубже, влажным и земляным – запахом самого Мейн-Сити. Лиле Бэнкс было восемь, и она ненавидела дождь. Не из-за луж или отмены игр. Дождь заглушал голоса. Не реальные голоса, конечно. А те, что приходили из зелени. Лила слышала растения. Не словами, а… ощущениями. Волнами тихого трепета, как шелест невидимых листьев в ее груди. Старый фикус у окна скучал по солнцу. Мята на подоконнике радостно пила воду...

Тишина в доме на Пайн-стрит была не просто отсутствием звука. Она была густой. Как черная смола, застывшая в ушах. Майк Реннингер знал эту тишину слишком хорошо. Она приходила после полуночи, когда соседский пес Брутус переставал лаять, и даже скрипучие качели в палисаднике старого дома напротив замирали. Майк сидел в кресле у окна гостиной, спиной к темной кухне, лицом к темной улице. В руке – стакан воды. Водку он бросил пить три года, семь месяцев и четырнадцать дней назад. После "того" вечера...

Тень от керосиновой лампы плясала по обоям с выцветшим узором, цепляясь за позолоту рам и пыльные фарфоровые безделушки. Воздух в гостиной был густ и неподвижен, пропитан ароматом чего-то древнего – старой бумаги или сухого дерева. В этом застывшем времени, где эпоху измеряли стуком колес паровозов и рокотом дирижаблей над крышами, миссис Дэвис покоилась в своем тронном кресле-качалке. Его вытертый бархат когда-то был цвета спелой сливы, а теперь лишь смутно напоминал о былом великолепии. Миссис...