Рассказы про мать и дочь 🌹

— Ну ты же не хочешь, поэтому пришлось звонить ей. — Я не хочу?! Да я вообще не на это намекала! — А на что? — растерялась Ксения. — Я думала, что вы… Эх, да что с вами говорить… — обиделась мать и прервала телефонный разговор. *** — Представляешь, мама так на нас обиделась, что не отвечает ни на звонки, ни на сообщения. Уже неделю, — рассказывала Ксения на работе своей подруге Яне. — А нам с Сашкой ехать скоро. Так не хотелось на такой ноте расставаться. Настроение испорчено, весь отпуск буду сидеть и думать, чувствовать себя виноватой...

— Мне надоело содержать тридцатилетнюю тётю, — воскликнула мать. — Содержать?! Я сама себя содержу, — возмутилась Настя. — А готовит кто? — Тебе трудно сварить суп? — искренне удивилась Настя. — А убирается кто? — Мне некогда, ты же знаешь… — А я не хочу ничего знать, понимаешь?! — воскликнула Юлия Андреевна. Настя недоуменно смотрела на родительницу и ничего не понимала. *** — Всё было нормально до вчерашнего вечера, не понимаю, что с ней случилось, — рассказывала Настя своей подруге Анне на следующий день...

— Сама виновата, мама, сама и расхлёбывай, — сердито заявила Юля. — Ты же хотела свободы. Наслаждайся теперь, кто мешает? — Но я в больнице! Какая тут свобода? — возразила Тамара Леонидовна. — Я всего лишь попросила тебя купить мне лекарство. Я деньги отдам, у меня есть. Юля молча сбросила вызов. *** — Прости, Тамарочка, я ведь тебе тогда тоже не помогла, была в деревне у сестры, — со вздохом произнесла Ольга, подруга Тамары Леонидовны. — Вот и пришлось мне звонить соседке. Соседке! — сказала Тамара Леонидовна и всхлипнула...

— Ты, мама, эгоистка, только о себе и думаешь, — выпалила Алиса. — Я?! — удивилась мать. — Да! А ещё меркантильная! Даже не думала, что ты такая, — высказалась Алиса и сбросила вызов. — Что у вас случилось, Наталья Степановна? — спросила Ирина, мама девочки, у которой Наталья Степановна работала няней. — Всё нормально, — вежливо улыбнулась пожилая женщина. А потом быстро отвернулась и украдкой смахнула слезу. *** — Вот как так можно, а?! — возмущалась Алиса, разговаривая со своей подругой Ульяной...

— Сколько слёз я из-за неё пролила, страшно вспомнить, — сказала Варя. — Ну и забудь о ней! — Она не даёт! Звонит, чуть ли не каждый день, пишет, всё ей чего-то от меня надо… — Понятно, чего надо… — грустно вздохнула Татьяна и замолчала. Варя тоже молчала. Вспоминала. *** — Мама, у меня ножка болит, — плакала шестилетняя Варвара, шагая по дороге, едва поспевая за матерью. Они шли из детского сада. — Не ной, скоро придём уже, — недовольно проговорила Зоя Фёдоровна. — У меня целый день ножка болит! И другая тоже… — ещё сильнее заплакала Варя...

— Зачем тебе две комнаты? Ты, может, так и проживёшь всю жизнь одна! — заявила мать. — Почему это одна?! — возмутилась Олеся. — Да у меня… Олеся осеклась на полуслове. Она подумала о том, что не стоит матери и сестре знать об её романе, который длился всего три месяца. Она побоялась спугнуть своё хрупкое счастье. — Вот уж у кого недобрый глаз, вмиг всё разрушат, — пробормотала Олеся, когда захлопнула входную дверь за вконец разобиженной матерью. — Обсуждайте теперь, сколько угодно, меня и мой «злой, бессердечный поступок» со своей ненаглядной Ирочкой! Мне от этого ни горячо, ни холодно...