Операция «Тайник»

Пионерский лагерь «Солнечный» был погружен в тяжелую, тягучую дремоту «тихого часа». Июльский зной плавил асфальтовые дорожки, над которыми дрожал раскаленный воздух. Даже вечно кричащие птицы в кронах вековых сосен замолчали, спрятавшись в густой тени. В корпусах царила абсолютная тишина, нарушаемая лишь мерным дыханием спящих детей да редким поскрипыванием старых панцирных сеток. Вы читаете продолжение третьей главы. Первая глава. Вторая глава. Но для двоих мальчишек из четвертого отряда сон сейчас был чем-то невозможным...

Прошло три дня с того момента, как двое заклятых врагов вывалились из дыры в заборе, перепачканные лесной грязью, но объединенные великой общей тайной. Три дня, которые перевернули жизнь четвертого отряда с ног на голову. Вы читаете продолжение второй главы. Первая глава. Остальные ребята ничего не могли понять. Сёмка, главный лагерный сплетник, удивленно чесал затылок, глядя, как Мишка, вечный заводила и спортсмен, вдруг добровольно садится за один стол с «академиком» Вовкой. Исчезли ехидные подколки, прекратились тычки локтями на утренней линейке...

Тишина, опустившаяся на лесную поляну, казалась почти осязаемой. Она давила на уши, прерываясь лишь тяжелым, прерывистым дыханием двух мальчишек. Мишка, сжав кулаки до побеления костяшек, буравил взглядом своего заклятого врага. Вовка, тяжело опираясь на ствол молодой березы, судорожно поправлял сползшие на кончик носа очки. Его рыжие волосы были щедро украшены серыми нитями паутины, а на правой щеке набухала красная полоса свежей царапины от ветки. Вы читаете продолжение первой главы. Они стояли...

Утро в пионерском лагере «Солнечный» всегда начиналось одинаково резко. Сначала над верхушками вековых сосен, окутанных сизой предрассветной дымкой, раздавался пронзительный, чистый звук горна. Он ввинчивался в уши, заставляя мгновенно вынырнуть из сладких утренних снов. А затем деревянный корпус оживал. Заскрипели, застонали старые панцирные сетки кроватей, зашлепали по дощатому полу босые ноги. И всюду — густой, въедливый запах скипидарной мастики, которой уборщицы щедро натирали полы в коридорах...