Заметки на полях нашей лжи

Я в шоке. Но, если честно, уже привыкла. Знаете, есть такой тип «профессионалов» — они первые прибегут проконсультироваться у вас забесплатно в личку, а когда вы попросите репост в трудной ситуации, включат режим «а ничего, что у меня свои проблемы?». Девушка честно написала в одном из кадровых сообществ: «Срочно нужна работа, у меня ипотека, сроки горят». Она не ныла, не просила денег, не требовала — она попросила репост и рекомендации. Это называется «использовать социальный капитал». Для этого, собственно, нетворкинг и существует...

Знаете, что самое страшное в офисной работе? О нём не говорят вслух. Все страдают в одиночку, думая, что только с ними что-то не так. Только они — фрики. Только у них — эта дурацкая неуверенность. Только они боятся, что их разоблачат. Исследователи опросили тысячи человек: «Чувствуете ли вы поддержку от команды и руководителя?». И 38% сказали: нет. 38% людей каждый день приходят на работу и не чувствуют, что они на своей территории. Что их ценят. Что их ошибки — это не приговор, а часть роста. Что они не одни...

Знаете этот момент, когда тебе говорят «ты классно выступила», а внутри сразу включается внутренний переводчик: «Они просто вежливые. Им неудобно сказать правду. На самом деле всё было ужасно, просто они не хотят меня расстраивать»? У меня таких моментов — вагон и маленькая тележка. Я могу собрать сотню отзывов, где меня хвалят, но запомню один косой взгляд из зала, одно «ну, в целом неплохо, но можно было лучше». И буду прокручивать это ночами. Лежать и смотреть в потолок, перебирая в голове каждое слово, каждый жест, каждую интонацию...

Мы все живем в великой иллюзии. Иллюзии доступности. Нам кажется, что мы в центре цифровой вселенной, что у нас есть власть. Мы создаем канал, пишем посты, генерируем контент. Мы — творцы. Пока не сталкиваемся с настоящими хозяевами планет. Хочешь сообщество в VK? Не вопрос, милая. Но сначала заплати за рекламу. Как в том самом анекдоте: «Хочешь жить — умей вертеться, а хочешь, чтобы тебя увидели, — умей платить». Ты заплатила. Ты в игре! Но игра тут же меняет правила. «Ой, а ссылку в личку рассылать нельзя — это спам»...

Знаете этот момент, когда тебе говорят: «Сплоти команду» — а ты заходишь в офис и понимаешь, что команду здесь не сплачивают, здесь выживают? У меня был такой. Не один. Но этот — особенный. Меня наняли, чтобы я сделала из стаи шакалов отряд спецназа. При этом шакалов трогать нельзя — они же «проверенные временем», а спецназ нужен был ещё вчера. Собственник смотрел на меня глазами человека, который купил сложный тренажёр и теперь ждёт, что мышцы вырастут сами. Коллектив смотрел волками. А я стояла посередине и думала: «И как мне теперь со всем этим жить?» Нас, HR-ов, учили быть миротворцами...

За окном — вечер. Огни зажигаются не сразу, а как-то лениво, нехотя. Сначала "Москва-Сити" напротив загорается рекламой, потом где-то далеко вспыхивает Садовое кольцо, потом весь этот муравейник начинает мерцать, будто кто-то включил иллюминацию на огромной новогодней елке, только без праздника. Мы сидим в креслах, развернутых к окну. Кофе давно остыл, но мы все равно держим чашки — как якорь, как оправдание, что мы здесь не просто так, а "встретились поболтать за кофе". Хотя оба знаем: за кофе в час ночи на пятидесятом этаже не болтают...