Мать предательницы

Утро пришло само - я не заметила как. Сидела на кухне всю ночь. Не спала, не плакала. Просто сидела и смотрела, как темнота за окном становится серой, потом голубой, потом белой. Конверт лежал на столе передо мной. Нераспечатанный. Телефон молчал. Ни Серёжа, ни Настя. Никто. Я встала, включила чайник. Привычка. Руки делали то, что делали тысячу раз - чашка, ложка, сахар. Тело помнило, как жить. Голова - нет. Телефон завибрировал. Настя. "Мам, ты дома?" "Да." "Я приеду через час." Я хотела спросить - зачем, что случилось, ты одна? Но она уже отключилась...

«Она прочитала письмо». Я смотрела на экран телефона и ничего не понимала. Конверт лежал в сумке. Запечатанный. Набрала Марину. Гудок, второй. «Алло». «Какое письмо?» Пауза. «Вы не вскрывали конверт?» «Нет». Снова пауза. Длиннее. "Тогда вам лучше поговорить с Виталиком." Сбросила. Я стояла на лестничной клетке и смотрела на телефон. Поднялась на этаж выше. Позвонила в дверь. Открыл Виталик. Один. "Галина Петровна." "Марина написала, что Лариса прочитала какое-то письмо." Он не ответил. Посторонился, пропуская меня в коридор...

"Проходи. Обувь не снимай." Лариса стояла в дверях — не приглашала, но и не прогоняла. Смотрела мимо меня, куда-то в стену за моей спиной. Я переступила порог. Квартира изменилась. Раньше здесь пахло пирогами, на стенах висели фотографии. Теперь — пусто, чисто. Как после переезда. "На кухню." На кухне сидели Настя и Виталик. Дочь подняла на меня красные, опухшие глаза. Быстро отвела взгляд. «Садись» — Лариса кивнула на табуретку у двери. Не за стол. Отдельно. Я села. Сумка с конвертом на коленях...

"Я не враг, Галина. Я единственная, кто может вам помочь." Голос в трубке был спокойный, ровный. Я ожидала чего угодно, только не этого. "Чего вы хотите?" "Поговорить. До того, как вы пойдёте к Ларисе." Серёжа стоял в дверях кухни. Я включила громкую связь. "Лариса знает не всё. Если придёте без подготовки - потеряете дочь." Я сжала телефон так, что побелели костяшки. "Откуда вы знаете про дочь?" "Геннадий рассказывал." Пауза. Долгая, будто она решала, говорить ли дальше. "Мы расстались три года назад...

"Серёжа, твоя жена двадцать пять лет назад отбила у меня жениха!" Лариса стояла посреди прихожей - седая, постаревшая, но глаза горели так же, как восемь лет назад. Серёжа медленно перевёл взгляд на меня. "Галя, о чём она?" Я молчала, потому что это была правда. "Не хочет говорить? Тогда я скажу!" Лариса скинула пальто на пол. "Геннадий сначала встречался с ней, а я узнала через пятнадцать лет брака!" "Это было до вашей свадьбы" - я выдавила из себя. "Два месяца в институте, я его бросила." "И не сказала мне?!" Лариса шагнула ко мне...

"Ты была любовницей её мужа, а теперь хочешь, чтобы я это забыла?!" Настя стояла в дверях с чемоданом, лицо красное, мокрое от слёз Я отступила на шаг, потому что никогда не видела у дочери таких глаз "Кто тебе такое сказал?" "Тётя Лариса, час назад! Я пришла знакомиться как невеста, а она швырнула мне это в лицо!" Настя вытащила из сумки мятый лист бумаги и бросила на стол Я взяла листок - почерк Геннадия, корявый, торопливый: "Лариса, прости, я ухожу, Галя тебе всё объяснит, она знает про нас с...