ЖИЗНЬ В ИСКУССТВЕ

Это интервью, в сильно урезанном виде было напечатано в «Огоньке». ("Огонёк", №13, 31 марта 1997). Но я решила опубликовать так, как оно было на самом деле. Есть один вполне надежный способ испортить отношения со Жванецким - нужно попросить у него интервью. Нет, он не откажется. Он согласится и будет избегать встречи. Будет вздрагивать при твоем появлении и смотреть затравленным взглядом. А потом обвинит тебя в попытке использования дружбы в корыстных целях. - Ну так что, ты уже включила свой магнитофон, конечно? Ты же меня знаешь лучше, чем я сам себя...

Перескакиваю через годы, чтобы не разрывать историю о Жванецком. С нашей встречи, описанной в предыдущем рассказе, прошло 20 лет. Эта статья была напечатана по свежим следам в маленькой газете. Статья сохранилась, и я решила ее еще раз опубликовать с некоторыми изменениями и дополнениями. 1991 год. Фестиваль юмора в Крыму. Уже перестройка. Еще Советский Союз. Потрясающе богатые спонсоры, сумевшие заманить теперь очень знаменитого Жванецкого, пообещав осчастливить материально и деньгами. Встречают на "Мерседесах"...

Крайне субъективные заметки ПИТЕРСКИЙ ТРИУМФ 1971. Ленинград в начале семидесятых был удивительным городом. В концертном зале у Финляндского вокзала с неизменными переаншлагами выступал Сергей Юрский, по "Сайгону" бродил неприкаянный, никому, кроме милиции, не известный Бродский, в Мариинке репетировал "Сотворение мира" еще совсем юный, пронзительно гениальный Миша Барышников... А сторожем в ВТО работал Сеня Альтов. И это был самый замечательный сторож в мире, потому что с его подачи мы, студенты, проникали сквозь все кордоны на самые-самые культурные мероприятия...

Педагогом нашего факультета был Донат Мечик. Старый еврей. Впрочем, не такой уж и старый. Но молодые строги к старшим. Он был фанатом разговорного жанра. По-теперешнему – стенд-ап. Точнее, он был фанатом юмора. В своем фанатизме убедил дирекцию консерватории организовать при консерватории (!) актерский факультет с юмористическим уклоном. Это само по себе было смешно. Педагогика у него была практическая. Например, занятие длится четыре часа. Выходить нельзя. А в туалет? Нельзя. Но если настаивать, он так обставит, что ничего уже не захочешь...

И все-таки я поступила. Опускаю подробности. В Питере объявили дополнительный набор. И вот – ура! Наконец-то. Правда без общежития. Это жалко. Конечно, Питер потряс. После Петропавловска Камчатского, с его убогой четырехэтажной архитектурой, Ленинград просто обрушивается на психику. Вот в таких домах живут обыкновенные люди. Это потом я узнаю, что не все так шоколадно. А пока – меня просто шарахает от одного здания к другому…. Это даже не восторг. Это потрясение. А вот занятия на актерском факультете не потрясли...

1968. И опять: Москва - давай, до свиданья. И снова на Камчатку. И снова удача. В самолете познакомилась с парнем. Оказалось, работает в местной камчатской газете. И у них фотографа нет. Узнав, что у меня есть фотоаппарат, пригласил на работу. Ну, не так, конечно. Его младший брат занимался у меня в фотокружке, в мои школьные годы, поэтому заочно мы были знакомы. Короче, не успела долететь, а я уже нештатный корреспондент газеты «За высокие уловы». Сегодня своими первыми публикациями хвастать смешно...