Наш подъезд

Во вторник после утренней прогулки соседский пёс не пошёл домой, а свернул за гаражи, и мне пришлось идти за ним. Начало этой истории в рассказе «Собака». Но эту можно читать и отдельно. Пса зовут Дунай. Он немолодой, крупный, серо-бурый, одно ухо стоит, другое висит. Хозяин его, мой сосед по площадке Пётр Гаврилович, которого весь двор зовёт Гаврилычем, в сентябре уехал жить к дочери Ирине в Воронеж. Дуная взять не смогли. Неделю он просидел у нашего подъезда, а потом я забрала его к себе. Теперь мы гуляем вдвоём, ранним утром, как он привык...

Курьер по ошибке оставил мне чужую посылку. Я её открыл. А внутри лежали мужские туфли для танго, ровно моего размера. Я ждал чайник. Дочь заказала его с доставкой до двери и прислала эсэмэску: «Папа, код для курьера на холодильнике, никому не говори». В субботу позвонили. На пороге стоял молодой курьер в жёлтой куртке, с огромной сумкой и телефоном в зубах. — Соколов? Код скажите. Я продиктовал по бумажке. Он потыкал в телефон, выхватил из сумки коробку, сунул мне и убежал к лифту. Потом выяснилось: у него в нашем подъезде в тот день было два заказа...

Каждый вечер за стенкой девочка ошибалась в одном такте. Через три недели я не выдержала и постучала ей в стену. В нужном месте. Соседи в квартиру за стенкой въехали в августе. Молодая пара, девочка лет девяти и кот. Я видела их у лифта: мама в спортивной куртке, с телефоном у уха, папа с коробками, девочка с котом в переноске. Девочка сказала мне «здравствуйте» и спряталась за маму. Я подумала, что соседи хорошие, тихие. Через неделю грузчики внесли пианино. Я услышала его ещё до того, как увидела...

На день рождения внука я забрал из кондитерской торт с надписью «Золотые мои, полвека вместе». Человек-паук, которого ждал внук, стоял на чужой золотой свадьбе. Самое обидное, что Катя мне в первый раз в жизни доверила что-то важное. Обычно дочь поручает мне только сидеть с внуком и не мешать. А тут вручила квитанцию, объяснила дорогу, как маленькому, и два раза повторила: коробку не трясти, в машине ставить на пол, не на сиденье. Я коробку не тряс. Я её вёз, как вазу. Только не открыл. — Пап, это что? — спросила дочь, когда открыла коробку...

Курьеру, который носил мне продукты, я поставила одну звезду из пяти. Через неделю он пришёл снова и сказал, что из-за меня его оштрафовали. — Ну и что? — ответила я. — Вы опоздали почти на час. Молоко было тёплое. — У вас пятый этаж без лифта. У меня за вечер ещё куча адресов. — Это не мои трудности. Он поставил пакеты на пол в прихожей, не глядя на меня, развернулся и пошёл вниз. Я закрыла дверь и долго стояла, держась за ручку. Молоко было тёплое, это правда. А ещё правда, что мальчишка был красный и мокрый, будто бежал бегом до самого верха...

Я повесила в подъезде объявление, что научу вязать. Пришёл один человек. Ростом под притолоку, с бородой и с якорем на руке. — Вы Раиса Фёдоровна? — спросил он с порога. — Я по объявлению. Насчёт вязания. — Вы, наверное, для жены спрашиваете? — Нет. Для себя. Я стояла в дверях и смотрела на него снизу вверх. Олега с пятого этажа я знала в лицо много лет: он дальнобойщик, пропадает в рейсах по неделе, по две, а когда бывает дома, его грузовик без прицепа стоит за гаражами, и мальчишки лазят на подножку...