Стихи Асадова, Эдуарда Аркадьевича

Она с косы и плуга начиналась. Не потому, что кровь не горяча, А потому, что русского плеча Ни разу в жизни злоба не касалась... И стрелами звеневшие бои Лишь прерывали труд её всегдашний. Недаром конь могучего Ильи Осёдлан был хозяином на пашне. В руках, весёлых только от труда, По добродушию и иногда не сразу Возмездие вздымалось. Это да. Но жажды крови не было ни разу. А коли верх одерживали орды, Прости, Россия, беды сыновей. Когда бы не усобицы князей, То так же ордам дали бы по мордам! Но только подлость радовалась зря. С богатырём недолговечны шутки: Да, можно обмануть богатыря, Но победить...

Он ей восхищенно цветы дарил, Она — с усмешкою принимала. Он о любви ей своей твердил, Она — снисходительно разрешала. Вот так и встречались: огонь и лед. Она всему улыбалась свету. Его же почти не брала в расчет. Скажет: «приду!»— а сама не придет. Он к ней, а любимой и дома нету!.. Он пробовал все: и слова, и ласки, И вновь за букетом дарил букет. Но все понапрасну: держась по-царски, Она лишь смеялась ему в ответ. И вдруг как включили обратный ход: «Царица», забыв про свою корону, То письма ему сердитые шлет, То требует вечером к телефону...

Она была так хороша собой, Что все мужчины с жаром каждый раз Любой каприз, любой ее приказ Бросались выполнять наперебой. А время шло, тускнел пожар волос, Она ж не чтила никаких резонов, И как-то раз, капризно сморщив нос, Она сказала: - Я хочу пионов! И вдруг удар: никто не встрепенулся, На божество никто не поднял глаз. И только муж пробормотал: - Сейчас, - Пробормотал, а сам не шелохнулся...

Секс без любви – это автомашина, Что катится под гору без бензина. К чему ей душа или чувства строгие? Всё движется силой физиологии. Потом всё, остынув, замрёт невольно. Но сексу такого вполне довольно. Любовь же без секса – это бензин, Горящий без двигателя один. Но много ли смысла в пустом горенье Без песни, без радости, без движенья? А вместе они – это разом взлёт Двух крыльев, несущихся в небосвод. И тут...

В нашей жизни, когда порошею Заметает нам вьюга путь, Я прошу тебя: будь хорошею, Самой доброй на свете будь! Чтоб все лучшее сохранить, Не скупись в беде на улыбки, Научись прощать за ошибки И за мелочи не корить. Посмотри, сколько там и сям Лжи и всяческих унижений, Сколько мелких и крупных драм И предательских отношений! Вот поэтому страшно хочется Совершенно иначе жить, Ведь любовь – это тоже творчество, Даже высшее, может быть! Предлагаю, сердец не мучая, Даже в мыслях ни в чем не лгать И, друг другу даря все лучшее, Все до донышка раскрывать. В спорах мыслями не виляя, В бурях совести не губя, Сам себя я тебе вручаю...

У тебя характер прескверный. И глаза уж не так хороши. Взгляд неискренний. И, наверно, Даже вовсе и нет души. И лицо у тебя как у всех, Для художника не находка, Плюс к тому - цыплячья походка, И совсем не красивый смех. И легко без врачей понять, Что в тебе и сердце не бьется. Неужели чудак найдется Что начнет о тебе страдать?! Ночь, подмигивая огнями, Тихо кружится за окном. И портрет твой смеется в раме Над рабочим моим столом...