Леший Варнак

(Варнак и Ерофей) Варнак еще не открыл глаза, но почувствовал, что пора просыпаться: весна пришла. На стене, над изголовьями его кровати и Ягодки, висели пучки засушенных цветов и трав. От одного из них исходил особенно острый и приятный запах – он и разбудил лешего. «Интересно, что это за растение? – подумал Варнак. – Цветок с таким ароматом когда-то стоял на окне у моей подружки Лукерьи. Ягодка тоже любит пару духмяных веточек вплести вместе с лентой в волосы, для красоты и благовония». Варнак окончательно проснулся, но еще лежал и оглядывался...

(Варнак и Ерофей) Не пора ли нам открыться, откуда мы знаем все про Варнака, Ягодку, Ерофея и прочих, проживавших во времена «оные»? Выдумали? Ни в коем разе! Однажды попалась нам старая бумага, писчая о купле водяной мельницы «опчеством» у богатого крестьянина Семена Титовского. Прочитали, что заверили этот документ Прокопий Корыто и его брат Яков, по прозвищу Пескарь – оба неграмотные! А за «темных» мужиков «равно как и за себя» расписался волостной писарь Егор Федотов. Стали мы интересоваться...

(Варнак и Ерофей) Зимой Ерофей с сыном Митюней отправились на лесное озеро ловить рыбу. Пешнями долбили лунки, с помощью шеста и веревок протаскивали сети подо льдом. Работа тяжелая. Ерофей прямо залюбовался широкими плечами, сноровкой и силой своего старшего, уже взрослого сына. - Мить, тебя ежели в рекруты отправить, то ты непременно попал бы в гвардию, - сказал Ерофей Митюне. – Поди, девок на гулянках уже на колени к себе сажаешь, а летом и на сеновалы к ним заглядываешь? - Батянь, ты чего...

(Варнак и Ерофей) Однажды Варнак рассказал Ерофею, как женщины, пришедшие на лесные вырубки собирать малину, положили на пенек угощение для хозяина леса – маленькие круглые блинчики. - Оладушки! – догадался Ерофей. – Я их тоже люблю. Погоди, привезу муки из нового урожая – напечем и блинов, и оладушек. - Не опоздай, - ухмыльнулся Варнак. – Лист с деревьев опадет, мы с Ягодкой уснем до самой весны, как и положено лешим и всем кикиморам: лесным, полевым и озерным. - Интересно, - сказал Ерофей, – а Кувшинка, наша русалочка, тоже в спячку впадает? - Вряд ли, - улыбнулся леший...

(Варнак и Ерофей) Ерофей любил собирать грибы один, даже из своей семьи никого с собой в лес не брал. Он знал заветное местечко, где боровиков, крепких, плотных, каждую осень росло видимо-невидимо. Правда, далековато добираться: за Черными оврагами находился грибной бор. И опасно: неподалеку топкое болото, и медведи часто навещали этот лес, который Ерофей про себя называл Медвежий угол. Доехал Ерофей до Черных оврагов в телеге на лошади, выпряг ее, пусть походит по поляне, никуда не уйдет, а сам с большим пестерем за спиной отправился на «тихую охоту»...

- Варнак, а сколько тебе лет? – спросил однажды Ерофей своего приятеля. - Много. Я до стольки считать не умею, - улыбнулся леший. - Ты, поди, еще бабу Ягу застал? - Выдумки это. Правда, помню, жила на краю болота старуха одна, Аглаей звали, но летать она не умела, людей не кушала. - А почему жила не в деревне, к примеру, или не на хуторе? - Лес ее кормил, одевал и согревал. Не надо было землю ковырять, сажать репы всякие. А чего ты спросил про мои годы? - Думаю, праздник нам пора какой устроить...