Нашла на воротнике запах духов

Следующие две недели слились для меня в одно серое пятно. Я вставала, готовила детям завтрак, ехала на работу, где механически сводила чужие балансы, забирала Соню из школы, проверяла у Артёма уроки — и каждый вечер ложилась спать, так и не решив ничего, потому что решать было слишком страшно...

Первой тишину нарушила не я. Дима шагнул вперёд, поднял руки, будто пытаясь остановить что-то, что уже случилось: «Марина, погоди, это не то, что ты думаешь». Кажется, эту фразу произносят все мужья на свете в подобный момент — я где-то читала об этом, и мне вдруг стало почти смешно от того, насколько предсказуемо разваливается моя собственная жизнь, по чужому, избитому сценарию. «Сколько?» — спросила я. Не «почему», не «как ты мог» — просто «сколько». Голос был не мой, чужой, ровный, будто это спрашивала не я, а кто-то внутри меня, кому уже нечего было терять...

Три дня Оля не отвечала на звонки — только короткие смски: «Прости, зашиваюсь», «Перезвоню вечером» — и тишина. За двадцать лет дружбы такого не было никогда, даже когда у неё умирал отец, даже в самые тяжёлые периоды у неё всегда находилась минута для меня. Тревога, которую я списывала на слежку за Димой, теперь начала расти в другую сторону. В пятницу, после работы, я решила заехать к ней без предупреждения — благо жила она в пятнадцати минутах, в новом доме, куда переехала полгода назад после развода с Костей...

После того вечера с рубашкой я не сказала Диме ни слова. Не знаю, было это трусостью или инстинктом самосохранения — как будто, пока я молчу, ничего страшного ещё не произошло. Просто стала смотреть внимательнее. На то, что раньше пропускала мимо, потому что не было причин присматриваться. Заметила, что телефон Дима теперь ставит на пароль из шести цифр — раньше хватало обычного отпечатка, и я иногда сама открывала его, чтобы посмотреть погоду или включить музыку в машине. Заметила, что он стал задерживаться...

Меня зовут Марина, мне тридцать семь лет. Ещё месяц назад я бы сказала, что моя жизнь — самая обычная: муж, двое детей, ипотека на трёхкомнатную квартиру и работа бухгалтером в небольшой строительной компании. Я тогда даже не подозревала, что слово «обычная» иногда означает «давно уже не такая, какой кажется». С Димой мы вместе четырнадцать лет. Поженились рано, в двадцать три, когда ещё не было ни своей квартиры, ни машины — только съёмная однушка на окраине и уверенность, что вдвоём мы справимся с чем угодно...