Медленный поезд детства

Рассказ из книги Татьяны Архангельской "Медленный поезд детства" Каждую зиму нас с братом ждала долгожданная катушка! Дед делал её, как и всё, что он делал, основательно, с любовью и большим мастерством. Из затвердевшего снега он лопатой вырезал большие «кирпичи» и укладывал их друг на друга – это была основа – широкая квадратная и очень удобная высокая площадка, так называемое, «темя горы». А потом уже сооружал наклон и длинный скат. И каждое утро поливал горку, таская полные вёдра воды из нашего колодца. И горка крепла, леденела, и утром, выйдя, мы проверяли её крепость, пока не скатываясь, а только любуясь новым роскошным сооружением в звёздочках блестевшего на солнце снега...

Рассказ из книги Татьяны Архангельской "Медленный поезд детства" Солнечный март. К нам, как всегда, на каникулы, приехали из города двоюродные братья – Сережка и Борька. Сегодня мы будем строить на огороде снежные крепости – снегу там больше, он хорошо слежался. Мой брат сразу после обеда начинает руководить проектом. Он достает из амбара две больших деревянных лопаты, которыми дед убирает снег, мне достается маленькая деревянная лопаточка, я конечно, спорю: «Что такой лопаткой сделаешь, если по-серьезному – строить – только время терять…» Но так как Борьке, а он моложе меня года на два, предлагается...

К шести утра, дед начинал собираться в магазин за хлебом. В это время будили меня. Карточки хотя и отменили в сорок седьмом, когда я родилась, но если в магазин шел кто-то один из семьи, то хлеба приносил мало, как бы в расчете на одного человека, а если вдвоем, - то разрешалось купить вдвое больше. Вот потому и вменили мне, пятилетней, в обязанность ходить по утрам с дедом за хлебом. И вот, наконец, хлеб разгрузили, голубой фургон уехал... Постепенно от того, что давят, дышат махоркой, перегаром,...

Фронт начался для мамы с Москвы – там шло формирование полков. Летняя жара, июль сорок второго. В сохранившемся ее письме мама писала: «…Выдали мне сапоги сорок второго размера и шинель до пят. Где можно перешить это обмундирование и поменять сапоги – пока не знаю». А размер маленькой девичьей ножки её был тогда – тридцать пятый. А одежда – сорок второго. Но, тем не менее, война не собиралась останавливаться, и молодому врачу-новобранцу срочно пришлось вникать во все проблемы формирования своего полка и, главное, – обеспечение полноценной физической готовности бойцов к предстоящим сражениям...

«Путешествующая» - сильно сказано. Это взглядом я успела обвести весь двор, а прошла лишь небольшое расстояние метров пять – от крыльца до двери, закрытого на замок, амбара. И, оказавшись у стены амбара, рядом с дедушкиным верстаком, я вдруг заметила, что Майка, которая мирно стояла до этого у конюшни, грея поблескивающие на солнышке свои атласные черные бока, вдруг прерывисто вздохнула, неодобрительно качнула рогами и, медленно ступая по центру двора, неумолимо начала приближаться к амбару, отсекая мне путь к отступлению...