Лесной бродяга

Все главы Годы летели быстро. Ваня учился в уездном городе, потом в губернской гимназии. Приезжал домой на каникулы, и каждый раз Наталья видела, как он меняется: становится выше, взрослее, серьёзнее. Он привозил книги, рассказывал об учителях, о товарищах, о том, что хочет поступать в университет, учиться на медицинском факультете. Наталья слушала и радовалась, но в душе тревожилась. Она хотела для сына другой жизни, свободной, но боялась, что он уедет далеко, что не вернётся. — Ты станешь врачом, — говорила она...

Все главы Лето в тот год выдалось жарким и сухим. Степь выгорела до желтизны, и даже в лесу, под сенью вековых сосен, воздух стоял тяжёлый, густой, пропитанный запахом смолы и нагретой хвои. Наталья почти не выходила из дому — она ждала ребёнка. Живот её округлился, и она ходила медленно, осторожно, опираясь на руку Николая или Насти. Николай был счастлив, как никогда. Он часто заходил к ней в комнату, садился рядом, клал руку на её живот, слушал, как внутри шевелится новая жизнь. — Сын будет, — говорил он...

Все главы Наталья ждала три дня. Она выходила в сад каждое утро, садилась на скамейку под старой липой и смотрела на лес. Лес молчал, но она знала — кто-то там есть. Она чувствовала это всем телом, как чувствовала приближение дождя или смену ветра. За годы, проведённые в чаще, она научилась читать лес, как открытую книгу, и сейчас лес говорил ей: здесь чужой. Не зверь, не птица — человек. Человек, который боится, который голоден, который не знает, куда идти. Николай волновался. Он приказал запереть ворота на ночь, выставить сторожей, но Наталья уговорила его не поднимать тревоги...

Все главы После того вечера в саду всё изменилось. Николай стал другим — мягче, спокойнее, словно с плеч упала тяжёлая ноша. Он улыбался чаще, задерживался рядом с Натальей, искал её взглядом, когда они оказывались в одной комнате. Наталья отвечала ему тем же, но внутри у неё всё ещё жил страх. Она не привыкла к счастью, не доверяла ему. В лесу счастье было мимолётным — хороший улов, солнечный день, находка редкой травы. А здесь оно было большим, тёплым, почти пугающим. Слуги в усадьбе тоже изменились...

Все главы Раненого внесли в дом и положили в гостевой комнате на первом этаже. Наталья шла следом, распоряжаясь, и слуги слушались её без лишних слов. В усадьбе уже знали, что она умеет лечить, и теперь смотрели на неё с уважением, к которому примешивалось что-то ещё — может быть, страх, может быть, надежда. Она не обращала на это внимания. Ей было важно одно: человек жив и ему можно помочь. Незнакомец был молод, лет двадцати пяти, с тонким, бледным лицом и глубокими тенями под глазами. Форма, в которую он был одет, оказалась офицерской, но без знаков отличия...

Все главы Её вели по лесной дороге, и каждый шаг отдавался в сердце глухой, ноющей болью. Урядник шёл впереди, покрикивал на лошадь, двое понятых — мужики из соседней деревни, нанятые за медяки, — шагали сзади, молчаливые, виноватые. Наталья не сопротивлялась, не плакала, не просила. Она шла и смотрела на лес. Лес отступал, редел, уступая место полям, потом деревне, потом пыльной дороге, ведущей в уездный город. Она знала, что назад дороги нет. Семён не пошёл с ними. Он стоял на опушке, опустив голову,...