Коротко...

Бескозырка Михаил служил на флоте, и хоть в море не ходил, считал себя настоящим моряком. В сорок втором из тыловых подразделений обеспечения был сформирован стрелковый полк, моряков переодели в общевойсковую форму. Но не будь они моряками, если бы не оставили при себе бескозырки. Утром ротный приказал личному составу помочь эвакуации госпиталя. Теперь уже бойцы, разбирали, грузили на машины кровати, матрасы, постельное бельё, и ещё много чего медицинского о предназначении которого они не знали...

Васильевич Максима призвали в сорок втором, он считал себя не совсем пригодным к военной службе из-за возраста, лет-то всего семнадцать, и из-за роста. «От горшка два вершка» - так про него в селе говорили. Пройдя скоротечную подготовку, юноша убыл на фронт. Вопреки его представлениям, что он прямо сегодня пойдёт в бой, Максима назначили на хозяйственную службу в артиллерийскую батарею. Оружие ему, конечно же, дали – это была трёхлинейка с разбитым осколком прикладом, стреляла ли она, никто не знал...

Гаврилов Я прибыл на военный аэродром в сентябре 1943 года. После лётной школы был назначен стрелком на ИЛ-2. Этот самолёт лётчики хвалили, были разговоры, что после Победы скинутся конструктору на Сталинскую премию. В мою задачу входило контролировать заряжание пушек и пулемётов самолёта, подвес реактивных снарядов, бомб. Сам принимать в этом участия я не мог, это было категорически запрещено. Первый вылет был холостой, так его назвал мой лётчик. Мы не летели в составе группы, была свободная охота...

Кухня На фронт я ушёл добровольцем, хотя первые месяцы войны меня не хотели брать, было плохое зрение, я носил очки с толстыми линзами. Само собой ни в какую боевую часть меня не направили, поставили помощником повара. Заготавливал дрова, приносил со склада крупу, из озера воду, резал хлеб, который сушили на крышке полевой кухни. Мы кормили госпиталь и бойцов, части которых вывели в тыл на переформирование. Я не однократно подходил к своему командиру с просьбой отправить меня в бой, но он всё время отказывал со словами: «Куда тебе с таким зрением, здесь от тебя толку больше будет»...

Двенадцать Весенним утром в штабе я получил задание особой важности и особой секретности, так мне сказал начальник полковой разведки. - Были здесь? – указал он карандашом место на карте. - Были. Там такая охрана, что к селу за километр не подойти. Большой гарнизон стоит. - И сейчас стоит. Село нам пока не надо. Я посмотрел на карту и всё понял. Между двумя сёлами была дорога, по которой доставлялись припасы, патроны, снаряжение противнику, но она очень хорошо охранялась. - Двадцать шестого по этой дороге поедет представитель штаба, говорят из самого Берлина...

Галина Дверь распахнулась без стука. Вошедший красноармеец с автоматом сразу увидел немецкого солдата, тот сидел за столом, ел картошку, дёрнулся к подполью. Короткая очередь и его тело повисло головой в люк. - Один был? – спросил красноармеец, наведя ствол своего оружия из которого шёл дым на хозяйку дома. - Один, - ответила та. - Что же ты делаешь?! Мужики на фронте воюют, а ты с немцем! Боец показал подбородком на расправленную кровать. - Бабе без мужика худо! Отвечая, хозяйка дома набросила на себя простыню...