Певицы 90-х, после которых психика уже не прежняя

“Глюк’oZa — шок-контент уровня 90-х” Когда появился мультяшный клип Глюк’oZы, я был уверен, что это запрещённый японский мультик. Слишком красиво. Слишком современные технологии. Слишком… непонятно. Я смотрел его как тайное оружие будущего.

“Орбакайте — главный мастер перевоплощений” Каждый раз, когда она появлялась, у неё был новый образ. Новый клип. Новая причёска. Новая Вселенная. Я думал: — Вот бы мне так. А мама: — Тебе бы хотя бы одни нормальные джинсы, сынок.

“Почему Лолита — это уровень уверенности ‘бог’” Лолита в 90-х спокойно могла выйти на сцену в костюме, который выглядел как случайный набор тканей, найденных на складе телестудии. И ВСЕ такие: — Ого! Мода! Стиль! Женщина! А я в новом свитере из рынка выглядел, как человек, который потерялся по дороге в жизнь.

“Наташа Королёва — наш личный витамин С” «Жёлтые тюльпаны» звучали везде. В маршрутке. На рынке. У соседей. Даже в голове, когда хотелось тишины. В 90-х Королёва была как лимонад «Буратино»: яркая, шумная и всегда липнет к памяти.

“Татьяна Буланова — королева страдания” Мне в 90-х казалось, что Буланова поёт так, будто у неё умер как минимум 8-й хомяк подряд. Каждая песня — трагедия, каждая строчка — шедевр боли. Я слушал это в 7 лет, ел бутерброд, и думал: — Да, жизнь тяжела. Даже мой хомяк может не пережить вечер.

“Как Пугачёва научила меня уважать опасность” Пугачёва в 90-х — это как Wi-Fi сегодня: всегда была рядом, даже если никто не подключал. Я однажды сказал вслух, что не люблю её новые песни. Бабушка перекрестила телевизор. И сказала: — Не произноси такое. Она всё слышит. До сих пор не уверен, что она пошутила.