славянская мифология

В Зелёные святки воздух становится густым, как патока, а граница между мирами — призрачной, как утренний туман. В такую ночь Григорий, нарушив стариковский запрет, пошёл короткой дорогой мимо Ржавого Озера. Он думал, что успеет до темноты. Но из тумана, стелящегося по воде, донёсся тихий напев. Не песня, а стон, переложенный на музыку. Он обернулся. На краю трясины стояла девушка в белой, промокшей до прозрачности сорочке. Её кожа была мертвенно-бледной, а волосы, казалось, были сплетены из тины...

Мы думаем, что тёмный лес безмолвен, а в старом доме просто скрипят половицы. Мы ошибаемся. Древние силы дремлют на окраинах нашего мира, и порой одно неверное слово, один бездумный поступок — и тишина отвечает нам голосом. Голосом, из которого нет возврата. Бабка Ульяна ослепла в один день, без видимой причины. Лекари разводили руками, а она лишь шептала: «Я ее видела. Красота такая, что глаза выгорели». По деревне пополз шепот: это Птица Сирин прилетала, чей голос дурманнее меда, а лик ослепительнее заката...

Что приходит, когда наступает самый лютый мороз, когда деревня замирает в немой тоске, или когда мёртвый не может найти покой из-за нашей злопамятности? Мистические существа — это не просто пугающие чудища. Они хранители вечного баланса: духи льда, что приходят, чтобы напомнить о необходимости холода; неупокоенные тени, ворующие голоса из зависти к нашему покою; и вурдалаки, требующие лишь одного — чтобы им вернули забытое человеческое имя. В этих трех зарисовках вы увидите, что встреча с нечистью — это всегда встреча с нашей собственной забытой правдой...

«Славянские предания — не просто сказки. Это точные инструкции по выживанию души. Полудница, Кикимора и Шуликуны — не монстры, а зеркала, в которых отражаются наши грехи, усталость и забытое чувство чуда». В доме у Марии и Ивана пахло не домом, а тишиной. Той самой, плотной и колючей, что оседает в углах, когда двое молчат, давно забыв, о чем спорили. Ссора началась из-за пустяка — не вынесенного ведра, а закончилась ледяным молчанием за ужином. И вот в эту тишину пришла Она. Мария первой заметила в углу спальни комок теней, влажный и шевелящийся...